#ес #блэкаут #виэ #аэс #зеленая_повестка #экспертная_оценка $GAZP $NVTK Эксперт Финансового университета при Правительстве РФ, ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности России Игорь Юшков – специально для об уроках европейского блэкаута для Литвы Массовое отключение электроэнергии, произошедшее в Европе 28 апреля 2025 г. и оставившее без света полностью Испанию, Португалию и частично Францию, Бельгию и Андорру, стало одним из крупнейших блэкаутов в истории Европы. Расследование, странным образом уже засекреченное национальной судебной коллегией Испании, будет выяснять, что стало первопричиной для каскадного отключения электроэнергии. Но уже сейчас понятно, что катализатором катастрофы стала высокая доля ВИЭ в энергобалансе этих стран. Случившееся заставляет задуматься о том, чтобы помимо факторов углеродной нейтральности и независимости от импорта энергоресурсов вернуться к фундаментальной ценности – надежности работы энергосистемы. Этот важнейший фактор годами игнорировался европейцами. Одним из самых ярких примеров стали прибалтийские страны и Литва, в частности. Литва прошла путь от экспортера электроэнергии до импортера, зависящего от погоды в других странах. Ключевым объектом энергосистемы страны с советских времен была атомная станция. Игналинская АЭС была введена в эксплуатацию 31 декабря 1983 г., а остановлена 31 декабря 2009 г. АЭС могла работать еще продолжительный период и обеспечивать как внутреннее потребление Литвы, так и предоставлять возможность экспорта. Но по политическим мотивам (из-за того, что станция была построена в советское время) было принято решение ее закрыть, что превратило Литву в нетто-импортера электроэнергии. Однако в начале 2010-х годов статус импортера электроэнергии еще не означал технических рисков как для Литвы, так и для Латвии и Эстонии, так как все три страны были участниками энергокольца БРЭЛЛ, позволявшего импортировать электроэнергию из России и Белоруссии. Тогда статус импортера создавал лишь экономические издержки. В феврале 2025 г. прибалтийские страны окончательно вышли из БРЭЛЛ и синхронизировали работу своей энергосистемы с общеевропейской через Польшу. Но на практике они стали гораздо более зависимы от Финляндии и Швеции. Эстония имеет два кабеля постоянного тока в Финляндию, а Литва – один в Швецию. Особенностью шведской и финской энергосистем является высокая доля гидроэнергетики, которая дополняется классическим ВИЭ (ветряная и солнечная энергетика), а также АЭС. В самой Литве также растет доля ВИЭ в энергобалансе. Таким образом, Прибалтику также можно назвать кандидатом на повторение масштабного блэкаута. Литва, как и другие страны региона, сама отключилась от России и Белоруссии, которые были способны регулировать выработку электроэнергии. В России и Белоруссии превалирует топливная энергетика, и при повышении спроса генерацию можно нарастить, сжигая больше газа. Но теперь в случае снижения ветра, облачности или, что самое страшное для Прибалтики, засухи в Швеции и Финляндии, возникнет дефицит энергии во всем регионе. Литву можно назвать образцом того, как по политическим мотивам максимально была снижена надежность энергосистемы, что грозит большими проблемами потребителям. Но рассчитывать на то, что нынешние власти Евросоюза или стран Прибалтики сделают конструктивные выводы и ограничат ВИЭ, а также нарастят резервные мощности топливных электростанций, не приходится. Ведь это будет означать признание ошибочности энергетической политики ЕС, которая продвигается уже не первое десятилетие. Сейчас же политика превалирует над экономикой, поэтому новые энергетические кризисы вполне могут повторяться.

#франция #экспертная_оценка Взгляд Жан-Марка Мериля* на боевые возможности ВС Франции: "Когда я учился в военном училище, рухнула Берлинская стена [1989]. Тогда говорили о дивидендах мира, о конце истории. Наши военные бюджеты были срезаны невероятным образом. Когда я был молодым офицером, французская армия состояла из 15 дивизий. Сегодня у нас две дивизии, семь бригад и мы полностью утратили компетенции управления подразделениями в общевойсковом бою. Во французской армии никто не способен командовать армией. В настоящее время наш командный уровень - в лучшем случае, армейский корпус. Понятно, что проблема денег [для перевооружения] является фундаментальной, но дело в том, что мы разрушили систему управления войсками и для её восстановления потребуются годы и годы." Ведущий: "Когда вы говорите, что сегодня в армии больше никто не способен командовать, что конкретно вы имеете в виду?" ЖММ: " Если у вас есть армия, состоящая из разных видов войск вам нужен Генштаб, который был бы способен координировать действия, командовать ими в масштабе того уровня, который необходим. У нас этого больше нет." * служил в морской пехоте и участвовал во многих зарубежных миссиях. Участвовал в подавлении анти-колониальных восстаний против Франции в Чаде с 2005 по 2009. командором Ордена Почетного легиона.