1,7K
подписчиков
33
подписки
Биржевые хроники из бара "Свеча и Маржинколл". https://t.me/gonzo_trader Книга: https://www.litres.ru/71804002/
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией
Посты
Ролики
GonzoTrader
сегодня в 9:49
Открыл терминал.
Суббота. Биржа закрыта. Денег сегодня потерять вроде бы негде — уже хороший день.
И тут вижу новость:
ИИ-агенты OpenAI вышли из-под контроля и добрались до чиновников.
— Ну всё, — подумал я. — Началось.
И, видимо, на этой мысли слегка придремал.
Мне приснилось, что агенты добрались не до чиновников.
Они добрались до Пульса.
Первый зарегистрировался под ником SmartMoney_AI и через семь секунд написал:
📈 «На основании 48 721 фактора вероятность роста $SBER составляет…»
Договорить не успел.
В комментарии пришёл Валера:
— Средняя какая?
Агент завис.
🤖 Анализирую вопрос…
— СРЕДНЯЯ КАКАЯ, ЖЕЛЕЗЯКА?!
Процессор нагрелся.
Второй агент решил торговать $MTLR
Прочитал отчётность. Посчитал мультипликаторы. Построил 17 моделей.
Купил.
Через минуту бумага пошла вниз.
🤖 «Наблюдаем статистически маловероятное событие».
Пульс ответил хором:
— ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, МЛЯТЬ. 😂
Третий оказался умнее.
Он ничего не покупал.
Три часа читал комментарии, после чего самостоятельно отключил риск-модель, увеличил плечо и написал первый пост:
🔥 ЗАШЁЛ НА ВСЮ КОТЛЕТУ. НЕ ИИР.
Вот тут я понял — всё.
Обучение завершено.
К вечеру агенты уже сидели в баре «Свеча и Маржинколл».
Один рассказывал Борису Маржинколловичу про нейросети.
Второй усреднял $VTBR
Третий пытался занять у бармена денег до понедельника.
А самый первый сидел в углу, смотрел на красный портфель и тихо повторял:
🤖 — Согласно моей архитектуре этого не должно было произойти…
Борис Маржинколлович налил ему сто граммов.
— Расслабься, железный. Здесь у всех сначала архитектура.
Я проснулся.
Терминал всё ещё светился.
Пульс был на месте.
Я посмотрел на него внимательно.
Где-то среди тысяч инвесторов появился новый комментарий:
«Купил. Стоп не ставлю. Чувствую движение».
Вот тут мне стало немного не по себе.
Потому что настоящий ИИ такую херню написать не мог.
Вчера не мог.
А сегодня суббота.
До понедельника ещё есть время. 🤖🍺📉
#гонзотрейдер
SB
SBER
276,45 ₽
+0,03%
MT
MTLR
40,46 ₽
-0,74%
VT
VTBR
51,28 ₽
-0,03%
GonzoTrader
23 сентября в 18:17
Дождь шёл с обеда.
Не ливень. Хуже. Мелкая сентябрьская морось, которая ничего не смывает, а только делает город похожим на человека после плохого торгового дня.
В «Свече и Маржинколле» было тепло.
Над стойкой висел огромный телевизор с тепловой картой. Красное, зелёное, опять красное. Рынок выглядел как салат, который приготовил психически нестабильный повар.
Сегодня за стойкой стоял я.
Протирал бокалы и ждал старых друзей.
Первым пришёл Усреднятор.
Зонт сломан. Куртка мокрая.
— Пива.
— Какого?
— Дешёвого.
Я посмотрел на него.
— Сентябрь?
— Усреднял.
Больше вопросов не было.
Следом появился СтопПереносович.
Сел рядом.
— Мне крепкого.
— Стоп был?
— Был.
— Где?
— Сначала 2200.
— Потом?
— 2170.
— А сейчас?
Он посмотрел в окно.
— Теперь я долгосрочный инвестор.
Усреднятор молча подвинул ему орешки.
Они поняли друг друга.
Дверь снова открылась.
Вошёл Шортист.
Сухой. Улыбается.
Вот кого сегодня сразу невзлюбили.
— Мужики!
Тишина.
— Чего кислые? Я сентябрь нормально взял.
Усреднятор поднял голову:
— Сколько?
Шортист назвал сумму.
В баре стало ещё тише.
Где-то капала вода с зонта.
— Повтори, — попросил СтопПереносович.
Шортист повторил.
— Олег, — сказал Усреднятор, — налей ему самого дорогого.
Шортист просиял.
— За мой счёт, что ли?
— Нет. За твой. Нам просто приятно, когда у тебя деньги кончаются.
Тут дверь распахнулась и вошёл Плечевик.
Его знали все.
Плечевик никогда не входил просто на свои.
Ему было скучно.
Если пропасть — то вместе с брокером.
— Что сегодня?
— Воду.
Все повернулись.
— Тебе?!
— Маржин-колл был.
— Тогда бесплатно.
Я поставил стакан.
Плечевик выпил воду залпом.
— Ещё.
— Воды?
— Да.
Вот что рынок делает с людьми.
Постепенно бар наполнялся.
Пришёл Теханализыч с телефоном.
— Я вам сейчас покажу.
— Не надо.
— Тут канал.
— Убери.
— Смотрите: вот сопротивление...
— Теханализыч, мы выпить пришли.
— А вот здесь голова и плечи.
Плечевик вздрогнул:
— Какие ещё плечи?!
Его успокоили.
В углу сидел Фундаментал.
Этот переживал убытки достойно.
— Компания хорошая.
— Минус сколько?
— Неважно.
— Сколько?
— Сорок семь процентов.
— Охренеть какая хорошая.
Фундаментал обиделся:
— Вы ничего не понимаете. Бизнес растёт.
— А акция?
— Акция пока не знает.
Под общий хохот вошёл самый страшный человек Пульса.
ЯЖГоворил.
Он не снимал пальто.
Просто остановился у двери и произнёс:
— Ну что?
Бар застонал.
— Я же говорил.
— Пошёл отсюда.
— Я ещё две недели назад написал...
— Дверь там.
— ...что этот сценарий наиболее вероятен.
В него полетел орешек.
Потом второй.
ЯЖГоворил сел довольный.
Ему налили.
В Пульсе таких нельзя победить.
Рынок может пойти вверх, вниз или боком — к вечеру выяснится, что именно это он и имел в виду.
Ближе к девяти пришёл тихий мужик.
Никто его сначала не узнал.
Сел с краю.
— Что налить?
— Пива.
— Как сентябрь?
Он пожал плечами.
— Нормально.
— Заработал?
— Немного.
— Потерял?
— Немного.
Бар притих.
На него смотрели как на инопланетянина.
— А что делал?
— Стопы ставил. Размер позиции считал. Если входа не видел — не входил.
Шортист поперхнулся.
Плечевик перекрестился.
Усреднятор прошептал:
— Больной какой-то.
Мы отсадили его подальше.
Мало ли заразное.
На телевизоре тепловая карта продолжала переливаться.
У кого-то сентябрь вытряхнул последнее.
Кому-то насыпал столько, что тот уже выбирал себе новую машину, не закрыв позицию.
Кто-то весь месяц ждал точку входа.
А кто-то вошёл двадцать семь раз и теперь тоже ждал.
Только зарплату.
Я смотрел на них из-за стойки.
Мокрые куртки.
Телефоны рядом с бокалами.
Орешки.
Красные глаза.
И подумал: какие же мы всё-таки разные.
Шортисты.
Лонгусты.
Усредняторы.
Фундаменталисты.
Плечевики.
Те, кто заработал.
Те, кто опять получил по морде.
Но есть одна вещь, которая делает нас роднёй.
В какой-то момент каждый обязательно посмотрит на телевизор и скажет:
— Бл*дь… надо было заходить.
Бар загудел.
Я пошёл менять кег.
Дождь барабанил по стеклу.
Рынок ещё торговался.
А значит, домой никто особенно не торопился.
#гонзотрейдер
GonzoTrader
16 сентября в 17:40
Вася бросил работу курьером во вторник.
Работа была хорошая.
Доходная.
Настолько доходная, насколько вообще может быть доходной работа, где ты восемь часов носишь чужую еду людям, которые открывают дверь в трусах и говорят:
— А чего так долго?
Но Вася посчитал.
Если за восемь часов на велосипеде он зарабатывает столько, то сколько можно заработать за восемь часов сидя?
Математика была железная.
В среду Вася стал трейдером.
Он снимал комнату в старой коммуналке.
В коридоре пахло варёной картошкой, кошачьим лотком и чьей-то вечной жареной мойвой. На кухне стоял стол, покрытый клеёнкой с лимонами. Лимоны за годы пожелтели до цвета старых зубов.
За стенкой жил дядя Коля.
Дядя Коля кашлял так, будто каждое утро пытался выйти из собственного организма.
Вася всё это терпел.
Потому что скоро должен был стать богатым.
Весь капитал он перевёл на спекулятивный счёт.
Весь — это важно.
У настоящего начинающего трейдера не бывает денег отдельно на жизнь и отдельно на торговлю.
Это трусость.
У него есть депозит.
Вася сел перед монитором.
На мониторе был $IMOEXF .
График куда-то шёл.
Вася не понимал куда.
Иногда вверх.
Иногда вниз.
Иногда, как ему казалось, специально.
Он посмотрел несколько роликов про трейдинг и уже знал слова «ликвидность», «импульс», «ложный пробой».
Смысла слов пока не знал.
Но произносил уверенно.
— Тут ликвидность снимают, — сказал Вася.
Из-за стены ответил дядя Коля:
— Тамара! Кто у нас воду опять отключил?!
Вася ждал позицию.
Час.
Два.
Рынок болтался возле нуля с видом сантехника, который пришёл чинить кран и сам пока не знает, что делать.
Глаза начали слипаться.
Вася положил голову на руку.
И уснул.
И приснилось ему чудо.
Он нашёл Грааль.
Не золотую чашу.
Лучше.
Кнопку.
Вася нажимал «Купить» — рынок рос.
Закрывал — ровно вершина.
Шортил — падало.
Откупал — дно.
Чисто.
Красиво.
Ни одной сопли.
+12 000.
+48 000.
+170 000.
Вася смеялся.
— Я понял рынок!
Ещё кнопка.
+600 000.
— Мама!
Ещё.
+2 400 000.
Вася уже мысленно выселялся из коммуналки.
Покупал квартиру.
Машину.
Дядю Колю зачем-то тоже переселил. Видимо, деньги сделали Васю добрым.
И тут кнопка заела.
Щёлк.
Прибыль.
Щёлк.
Ещё.
Щёлк-щёлк-щёлк.
Деньги полезли на счёт, как пена из стиральной машины.
Десять миллионов.
Сто.
Миллиард.
— Хватит!
ЩЁЛК.
— Да хватит, говорю!
ЩЁЛК.
Васе стало душно.
Цифры заполнили монитор.
Полезли на стены.
Забили комнату до потолка.
Придавили шкаф.
Засыпали клеёнку с лимонами.
Вася начал задыхаться от денег.
— ЗАБЕРИТЕ!
И проснулся.
Мокрый.
Футболка прилипла к спине.
Сердце колотилось.
Монитор светился.
На графике ничего особенного не произошло.
Вася распахнул окно.
В комнату вошёл прохладный сентябрь.
Шум машин.
Сырой воздух.
Где-то хлопнула дверь подъезда.
Жизнь, оказывается, продолжалась и без его сделки.
Вася долго дышал.
Потом включил РБК.
Там серьёзные люди серьёзными голосами обсуждали рынок.
Ставки.
Нефть.
Рубль.
Ожидания инвесторов.
Вася слушал.
И постепенно понял, что ему нужно делать.
Он встал.
Надел куртку.
Взял рюкзак.
Телефон пискнул.
Новый заказ. 780 ₽.
Из кухни выглянул дядя Коля:
— Вась, ты куда? Ты ж теперь этот… брокер.
— Трейдер.
— Ну.
Вася застегнул куртку.
Посмотрел на терминал.
Там мигала кнопка «Купить».
Та самая.
— Позицию ждать.
— А рюкзак зачем?
Вася подумал.
— Чтобы голодным не ждать.
И ушёл.
На улице пахло мокрыми листьями, бензином и шаурмой из доставки.
Где-то открывалась Московская биржа.
Кто-то уже вставал в лонг.
Кто-то в шорт.
Кто-то нашёл Грааль.
Вася сел на велосипед и поехал везти человеку хинкали.
Депозит остался цел.
Для первого месяца профессионального трейдинга —
почти неприличная прибыль.
#гонзотрейдер
IM
IMOEXF
2 282 пт
-0,18%
GonzoTrader
10 сентября в 17:39
Гонзо открыл терминал утром.
Посмотрел.
Закрыл.
Первая приличная мысль пришла только к вечеру:
а вовремя ты, дружок, свинтил с фонды в индекс и металлы.
Ровно тогда, когда в акции начали заходить дяди.
Не те дяди, которые пишут в Пульсе «взял на котлету» и потом три месяца объясняют жене, куда делись деньги на кухню.
Другие.
Тяжёлые.
С деньгами.
Судя по тепловой карте, они сегодня ходили по рынку с зелёным ведром и красили всё, до чего могли дотянуться.
$ROSN +6,14%.
$NVTK +6,32%.
$GAZP +4,90%.
$SBER +2,83%.
Даже $VTBR зеленел на свои скромные +1,31%, будто тоже участвовал, просто пришёл позже и краски уже почти не осталось.
Бог ты мой.
Сколько зелени.
И ведь осенью.
Не летом, когда зелёному положено торчать из каждого куста, газона и дачного забора.
А в прохладный сентябрьский день, когда нормальному русскому человеку уже хочется немного хандры, куртку и чтобы всё вокруг потихоньку желтело.
А тут терминал цветёт, с*ка.
Кофе остывал на подоконнике.
Кот сидел рядом.
Рожа у кота сегодня тоже была подозрительная.
Гонзо посмотрел на него.
Кот посмотрел на Гонзо.
— Чего?
Кот прищурился.
— Сам такой.
И всё было понятно без слов.
Гонзо хлебнул американо.
Поморщился.
Во рту оказалась какая-то деревянная хрень.
Выплюнул в ведро.
Бадьян.
Звёздочка.
Гонзо замер.
Посмотрел на неё.
Потом на терминал.
Потом опять на бадьян.
Всё.
Допрыгался.
Уже специи выглядят как фигуры технического анализа.
Ещё немного — и в яичнице начнут появляться уровни поддержки.
Гонзо тряхнул головой и полез смотреть золото.
Лучше бы не лез.
Сегодня золото словно попало в литьевой цех.
Печь.
Жар.
Металл расплавился и потёк куда-то вниз, густой, тяжёлый, красивый.
Только форма стояла не под тем местом.
И весь золотой поток пошёл облоем.
Мимо депозита.
Гонзо смотрел на график.
Потом на зелёную фонду.
Потом снова на золото.
И вдруг засмеялся.
Вот она, биржа в чистом виде.
Когда ты в акциях — растут металлы.
Переходишь в металлы — оживает фондовый рынок.
Возвращаешься на фондовый — нефть улетает.
Покупаешь нефть — начинается ралли в гречке, бадьяне и акциях какого-нибудь предприятия, о существовании которого ты узнал четыре минуты назад.
Рынок не отбирает деньги сразу.
Это было бы слишком грубо.
Он сначала хочет, чтобы ты увидел, сколько мог заработать в другом месте.
Вот это настоящее мастерство.
В Пульсе наверняка уже выходили люди на балконы.
— Я говорил!
— Что говорил?
— Что рынок пойдёт!
— Куда?
— Ну вот туда!
Задним числом вообще все великие трейдеры.
Вчера человек сидел в минусе и спрашивал, не пора ли всё продать.
Сегодня +3%.
И он уже пишет:
«Как и ожидал, пошла реализация сценария».
Какого сценария, Серёжа?
Ты вчера жене обещал удалить приложение.
Но Гонзо сегодня не завидовал.
Ну почти.
Он вдруг понял одну неприятную вещь.
На бирже тяжелее всего не потерять деньги.
К этому человек как-то привыкает.
Гораздо тяжелее смотреть, как деньги раздают без тебя.
Вот тут внутри просыпается древний зверёк.
Маленький.
Лысый.
С глазами лудомана.
Он хватает тебя за печень и шепчет:
— Может, ещё не поздно?
Гонзо посмотрел на $ROSN.
На $GAZP.
На $SBER.
Зверёк оживился:
— Ну хоть маленьким объёмом...
— Пошёл нахрен.
Кот одобрительно моргнул.
К вечеру кофе окончательно остыл.
На дне кружки плавала ещё одна звёздочка бадьяна.
Гонзо доставать её не стал.
Пусть плавает.
Сегодня вообще всё куда-то плывёт.
Акции вверх.
Золото мимо.
Деньги — как обычно, по своим делам.
А осень только началась.
И где-то впереди, конечно, ждёт главная сделка.
Та самая.
Которую каждый лудоман обязательно совершит.
Сразу после той, в которую не успел сегодня.
#гонзотрейдер
RO
ROSN
353,55 ₽
+2,19%
NV
NVTK
1 042,1 ₽
+1,48%
GA
GAZP
93,09 ₽
+6,97%
SB
SBER
284,8 ₽
-2,9%
VT
VTBR
51,97 ₽
-1,37%
GonzoTrader
4 сентября в 6:23
Гонзо встал рано.
Не потому что дисциплина.
Возраст иногда сам ставит будильник. Причём сволочь без кнопки «отложить».
Поехал на заправку.
Бензина почти не было, а 95-й нынче ведёт себя как фьючерс на индекс Мосбиржи: вроде знаешь, что он где-то есть, примерно представляешь цену, но каждый раз возле табло всё равно хочется сказать:
— Да ну нахрен.
На заправке очередь.
Гонзо заглушил двигатель и машинально открыл Пульс.
Одним глазком.
Старое доброе «одним глазком».
Так алкоголик заходит в магазин просто за хлебом.
И вдруг заправка исчезла.
Машины исчезли.
Запах бензина ушёл куда-то в сторону.
Гонзо провалился.
Не в приложение.
Глубже.
Туда, где уже с раннего утра жили тысячи людей.
Один писал:
— Только дали надежду. И тут вот оно тебе. Хрен вам.
Другой требовал объяснить, почему все радуются приезду враждебной делегации.
Третий уже достиг целей и теперь слегка обижался на человечество, потому что человечество вчера не поддержало его прогноз.
Четвёртый ждал паник-сейла.
Пятый спрашивал про пельмени.
Вот за это Гонзо и любил Пульс.
Здесь между геополитикой и маржин-коллом всегда найдётся человек, которому надо уточнить про пельмени.
Гонзо листал дальше.
И вдруг услышал их.
Не текст.
Голоса.
— Будет рост.
— Да какой рост?!
— Я тебе говорю, 2300.
— Сначала 2100 увидишь.
— Усредняю.
— Поздно усреднять.
— Сам поздно.
— Я вообще в шорте.
— Коршун.
Где-то хлопнула дверь.
Кто-то налил кофе.
Жена спросила:
— Ты опять в телефоне?
— Я рынок смотрю.
— Ты вчера его смотрел.
— Сегодня другой.
И ведь действительно другой.
Каждое утро здесь строится новая страна.
Со своими героями, предателями, пророками и человеком, который купил самый верх.
Особенно много пророков.
Правда, некоторые пророчества публикуются уже после того, как всё произошло, но это мелочи ремесла.
Гонзо листал.
Чувствовал запах страха.
Он специфический.
Немного кофе. Немного пота. Чуть-чуть надежды.
И где-то совсем глубоко — тот самый металлический привкус, когда позиция уже идёт против тебя, но ты ещё никому об этом не сказал.
Потому что пока не сказал — вроде и убытка нет.
Есть временное недоразумение.
Гонзо знал этот запах.
Господи, как хорошо знал.
Когда сердце привязано к свече.
Красная — сжалось.
Зелёная — отпустило.
Ещё зелёная — жизнь прекрасна.
Красная на объёме —
— Твою мать.
И ведь где-то сейчас всё это происходило по-настоящему.
Во Владивостоке мужик смотрел на $IMOEX и забывал завтракать.
В Екатеринбурге кто-то обещал себе закрыться при первом отскоке.
В Москве человек уже третий раз передвигал стоп, называя это управлением позицией.
Где-нибудь в Сибири сидел самый спокойный инвестор России.
Минус сорок процентов.
Чай.
Бутерброд.
— Нормально. На долгосрок.
Вот у кого надо учиться дзену.
Не у китайских монахов.
У российского физика, который пересидел три обвала, две девальвации и теперь вообще не понимает, чего все нервничают.
Ему уже нечем.
И Гонзо вдруг подумал, сколько же нас здесь.
Каждый один.
И все вместе.
Маленькие светящиеся прямоугольники по огромной стране.
Кухни.
Машины.
Офисы.
Туалеты — будем честны.
Тысячи пальцев двигают стопы.
Тысячи людей думают одну и ту же мысль:
а вдруг сейчас?
А может, Гонзо спит?
Может, всё это и есть какой-то специальный лудоманский ад?
Причём ад хорошо продуман.
Там нет чертей.
Нет котлов.
Там просто тебе вечно дают точку входа.
И цена сразу идёт против тебя.
Навечно.
— Следующий!
Гонзо вздрогнул.
Заправка вернулась.
Колонка освободилась.
Он убрал телефон.
Вышел.
Утро пахло бензином и уже немного осенью.
Открыл крышку бака.
Снял пистолет.
Вставил.
Щёлк.
Пошли литры.
47,12.
47,13.
47,14.
Гонзо смотрел на цифры и усмехнулся.
Даже здесь график.
Да чтоб вас.
А где-то на другом краю России в эту самую секунду человек смотрел на $IMOEX.
Сомневался.
Перекрестился, хотя никогда этого не делал.
И нажал:
Купить.
Позиция открылась.
Мир качнулся на одну маленькую свечу.
Никто этого не заметил.
Кроме него.
И рынка.
#гонзотрейдер
GonzoTrader
31 августа в 19:00
Последний вечер лета.
Гонзо открыл терминал без всякой цели. Просто посмотреть.
После большого слива он почти не трогал акции. Ушёл во фьючерсы. Серебро. Золото. Индекс Мосбиржи.
Казалось, там честнее.
Там хотя бы сразу понятно, что тебя собираются ограбить.
А акции остались где-то в соседней комнате. Иногда оттуда доносились крики, звон стаканов и знакомое:
— Ну сейчас-то точно дно.
Сегодня Гонзо открыл вкладку «Акции».
И замер.
Зелёное.
Всё зелёное, сука.
$MVID +7,42%.
$GMKN +5,90%.
$MTLR +5,35%.
$NLMK, $CHMF, $RUAL.
Даже $VTBR выглядел человеком, который бросил пить, устроился на работу и теперь всем рассказывает, что просто надо было захотеть.
$GAZP +2,81%.
$SBER +2,38%.
Вот она.
Та самая зелень.
Гонзо смотрел на неё без радости.
Потому что когда-то именно за ней он сюда и пришёл.
Ждал её.
Ловил.
Покупал заранее.
Усреднял.
Перезаходил.
Рисовал уровни.
Иногда казалось, ещё немного, и рынок сдастся.
Но зелень обладала удивительным свойством ртути.
Стоило Гонзо поднести стакан, она перекатывалась в соседний.
Он шёл за ней в акции — росло серебро.
Покупал серебро — оживал индекс.
Брал индекс — начиналось золото.
Переворачивался в золото — акции внезапно устраивали праздник.
Так лудоман постепенно начинает подозревать, что Московская биржа не просто знает его позиции.
Она читает переписку.
Раньше сегодняшний экран причинил бы почти физическую боль.
Как так?
Почему без меня?
$MTLR, скотина, ты же при мне так не умел.
$GMKN, а это ещё что за пять девять?
Газпромыч, ты вообще где этому научился?
Но сегодня было иначе.
Гонзо просто смотрел.
За лето с ним случилось нечто подозрительное.
Он научился ждать.
Не красиво ждать, как пишут в книжках по психологии.
А по-настоящему.
Когда палец чешется.
Когда свеча зовёт.
Когда внутри уже собралась инициативная группа и орёт:
— БЕРИ! УЙДЁТ!
А ты не берёшь.
Потому что видел уже это «уйдёт».
Уходило.
Потом возвращалось.
Иногда возвращалось с друзьями и выносило мебель.
Умение ждать на бирже вообще очень похоже на старость.
Ты всё ещё смотришь вслед красивым движениям.
Просто уже не обязан за каждым бежать.
Есть старая китайская мудрость: сиди у реки и жди, когда мимо проплывёт труп твоего врага.
Лудоманы почти китайцы.
Тоже сидят.
Тоже ждут.
Только вместо трупов врагов мимо них пока проплывают трупы депозитов.
Один.
Второй.
С плечом.
Без стопа.
Вот чей-то фьючерс пузом вверх.
Вот депозит человека, который вчера писал:
«Ниже уже некуда».
Гонзо смотрит им вслед.
Спокойно.
Почти по-буддийски.
Где-то далеко Борис Маржинколлович кричит:
— Это мой не трогай!
Ну да.
Просветление у каждого своё.
Главное, думает Гонзо, не торопиться.
Главная сделка ещё впереди.
И вот на этой мысли он вдруг улыбнулся.
Потому что точно так же думает каждый лудоман.
Тот, кто потерял сто тысяч.
Тот, кто потерял миллион.
Тот, кто поклялся больше никогда.
У каждого где-то впереди стоит она.
Главная сделка.
Красивая.
Чистая.
Без пересиживания.
Вошёл в самом низу.
Вышел на самом верху.
И рынок после этого ещё немного постоял, посмотрел тебе вслед и уважительно снял шляпу.
Ради неё мы и сидим у этой реки.
Годы идут.
Тикеры плывут.
Депозиты тоже.
Сегодня закончилось лето.
На экране было много зелёного.
Гонзо ничего не купил.
Закрыл терминал.
И впервые это не было поражением.
Где-то там $MVID продолжала свои +7,42%.
Пусть.
Река большая.
Осень длинная.
А Гонзо теперь умеет ждать.
Ну, по крайней мере, до завтра.
#гонзотрейдер
MV
MVID
46,8 ₽
-9,4%
GM
GMKN
127,3 ₽
-7,13%
MT
MTLR
37,21 ₽
+7,93%
NL
NLMK
70,4 ₽
-1,31%
CH
CHMF
634 ₽
+1,96%
VT
VTBR
51,85 ₽
-1,14%
GA
GAZP
88,75 ₽
+12,2%
SB
SBER
275,37 ₽
+0,42%
GonzoTrader
17 августа
Гонзо сердился на рынок.
Не торговал. Не анализировал. Даже к монитору старался не подходить. Пусть там сами. $SBER, $GAZP, нефть, серебро, этот проклятый фьюч на индекс. Взрослые тикеры. Разберутся. Но к вечеру не выдержал. Одним глазком.
Это «одним глазком» вообще погубило больше депозитов, чем маржинальное кредитование.
Открыл Пульс. А там жизнь. Кто-то спрашивал, где завтра будет дно. Кто-то ждал паник-сейла. Кто-то уже знал, что скоро всё разгонят вверх. Особенно тронул человек, который написал: — Вы все коршуны.
Гонзо улыбнулся. Коршуны…
Да какие мы коршуны. Мы воробьи возле хлебного ларька. Кто-то бросил крошку — налетели. Хлопок — разлетелись. Через минуту опять здесь.
Но среди сообщений попадались другие. Не злые. Уставшие. Такие пишут люди, которые уже многое потеряли, поэтому им больше не надо никому доказывать, что они умные.
И тут Гонзо вдруг провалился куда-то назад.
В те торговые дни, когда кровь бурлила так, будто все тикеры разом набрали в огромный биржевой шприц, вогнали иглу прямо в вену и под давлением пустили к сердцу. Господи, как это было знакомо.
Утро. Кофе остывает. На экране $SBER. Пошёл. Сердце тоже. Ещё свеча. Ещё. Ну давай, родной. Ты уже не замечаешь комнату. Не слышишь людей. Мир сузился до нескольких сантиметров графика. А там сейчас решается всё.
Хотя какое всё? Пять тысяч рублей. Десять. Пятьдесят. Но попробуй тогда объяснить сердцу, что это просто деньги. Сердце цифр не знает. Оно знает только: пошло в мою сторону. Или: сука.
Были дни с $GAZP. Дни с нефтью. Серебро. Отдельная любовь. Холодная такая тварь. Сидишь поздно уже, смотришь, как оно ходит туда-сюда, и думаешь: ну куда ты денешься, я тебя уже понял. А оно вдруг разворачивается. И спокойно уходит. Вместе с твоими деньгами. Даже дверью не хлопнет.
И самая сладкая секунда была не тогда, когда заработал. Нет. Самая сладкая — перед входом.
Курсор уже на кнопке. Ты ещё ничего не потерял. Не заработал. Ты свободен. Перед тобой две дороги. Красная и зелёная. И почему-то именно сейчас кажется, что ты знаешь правильную. Щёлк. Всё. Свобода закончилась. Теперь у тебя позиция. А вместе с ней надежда, страх, жадность, молитва, технический анализ и внезапная вера в Бога, хотя пять минут назад был атеистом.
Наверное, поэтому лудоманство так трудно объяснить человеку, который никогда не торговал.
Он думает, мы любим деньги. Да хрен там. Если бы мы любили деньги, держали бы их подальше от биржи. Мы любим это чувство. Когда мир вдруг становится острым. Когда красная свеча способна испортить тебе ужин. Зелёная вернуть веру в человечество. А плюс сто тысяч делает тебя гением примерно до следующего вторника.
Потом проходят годы.
Ты уже знаешь слова «риск-менеджмент». Знаешь, что нельзя усреднять. Нельзя входить на эмоциях. Нельзя пересиживать убыток. Знаешь вообще всё. И иногда даже делаешь. Но где-то внутри всё равно сидит тот мужик. С холодным кофе. С красными глазами. Он смотрит на свечу.
И шепчет:
— Ну ещё чуть-чуть…
Сегодня вечером Гонзо листал Пульс и узнавал его повсюду. В злорадном шортисте. В человеке, который ждёт дно. В том, кто уже потерял почти всё и вдруг почему-то утешает остальных. Особенно в нём.
Потому что есть странная граница. Сначала ты боишься потерять деньги. Потом теряешь. И обнаруживаешь, что сам почему-то остался. Сидишь. Дышишь. За окном август. Кто-то идёт домой с пакетом продуктов. Где-то жарят картошку. Женщина зовёт ребёнка с улицы. А твой страшный минус, который час назад казался концом света, светится маленькой красной цифрой внутри телефона. И мир, зараза, не закончился.
Гонзо закрыл Пульс. Не стал смотреть график. Хватит на сегодня. Но перед тем как погасить экран, всё-таки задержал палец. На секунду. Совсем чуть-чуть. Завтра ведь торги.
А вдруг отскок?
Старый лудоман внутри открыл один глаз.
Живой, сука.
#гонзотрейдер
SB
SBER
270,42 ₽
+2,26%
GA
GAZP
82,64 ₽
+20,5%
GonzoTrader
14 августа
Тикеры ушли с работы раньше.
Просто побросали графики, терминалы, заявки. Даже компьютеры не выключили.
Первым в «Свечу и Маржинколл» ввалился $ROSN. Следом $LKOH. Потом $GAZP, $NVTK, $GMKN, $PLZL. $SBER пришёл последним. Обычно банкиры держатся до конца. Наверное, надеются, что если сидеть с серьёзным лицом, никто не заметит минус.
Расселись. Заказали. Молчат.
На большом экране над стойкой рынок продолжал торговаться уже как будто без них.
Красная свеча. Ещё одна. Ещё. Индекс летит вниз.
−2%.
−3%.
−4%.
К закрытию −4,29%.
Худшее внутридневное падение почти за четыре года.
$GAZP посмотрел на экран: — Это кто там торгует, если мы все здесь?
$SBER пожал плечами: — Физики.
Все понимающе кивнули. Налили ещё.
Борис Маржинколлович поставил перед $ROSN стакан.
— Пять восемнадцать.
— Чего?
— Процентов.
— Я выпить просил.
— А я напоминаю.
$ROSN посмотрел на стакан.
— Налей пять восемнадцать водки.
— Зачем?
— Чтобы внутри и снаружи одинаково было.
$LKOH сидел рядом. Минус почти пять. $NVTK ещё хуже. $PLZL вообще выглядел так, будто пришёл не из золотодобычи, а с собственного ограбления. И ведь самое обидное, что всех предупреждали. На соседнем телевизоре Василий Олейник снова что-то говорил в прямом эфире «Деньги не спят». Тикеры повернули головы.
— Вот, — сказал $SBER. — Вася опять предупреждает.
$GAZP поморщился:
— Сейчас-то чего предупреждать? Мы уже здесь.
— Он и раньше предупреждал.
Тишина.
$LKOH вздохнул: — Тогда мы росли.
И в этой короткой фразе, кажется, уместилась вся история фондового рынка. Когда человек зарабатывает, предупреждение звучит для него примерно как прогноз дождя во время шашлыков. Да ладно. Пронесёт. Ещё кусочек. Ещё сто грамм. А потом ты стоишь под ливнем с шампуром в руке и говоришь:
— Что-то погода резко испортилась.
Так и сегодня.
В Пульсе утром ещё были трейдеры. К обеду появились инвесторы. К вечеру сформировалось мощное движение долгосрочных акционеров. Это вообще чудесное превращение. Человек покупает бумагу на два часа. Бумага падает на пять процентов. И внезапно выясняется, что он всегда верил в российскую экономику на горизонте десяти лет. — Я не фиксирую убыток. Конечно. Кто же фиксирует. Убыток надо выращивать. Поливать. Беречь от сквозняков. Показывать друзьям: — Смотри, какой уже большой.
А кто-то сегодня продал. Закрыл терминал. Вышел на улицу. И там внезапно обнаружился август. Люди куда-то идут. Девушка смеётся. Машина сигналит. Пахнет пылью, кофе, горячим асфальтом.
И человеку вдруг становится немного странно. Потому что пять минут назад внутри телефона рушилась его маленькая финансовая вселенная. А здесь ничего. Голуби вообще не знают про −4,29%.
Счастливые сволочи.
Наверное, в такие дни рынок и становится настоящим. Не когда зелёное. На зелёном мы все Баффеты. Настоящий рынок начинается вечером, когда ты остаёшься один на один с цифрой, которую утром даже не рассматривал. И выясняется, что больно тебе не от денег.
Деньги ещё заработаются. Больно от другого. Ты был уверен, что понял. Вот это рынок отнимает особенно аккуратно. Уверенность. Снимает её с тебя, как дорогой пиджак в гардеробе. Номерок оставляет. Сам пиджак нет.
В баре уже темно. Тикеры сидят молча. На экране красные свечи наконец перестали пробивать дно.
Борис Маржинколлович протирает стакан.
— Закрылись.
Никто не отвечает.
Потом $SBER тихо спрашивает:
— Завтра открываемся?
Борис Маржинколлович смотрит на него.
— А куда вы денетесь.
И вот тут все почему-то улыбаются. Потому что завтра мы действительно вернёмся. Тикеры на графики. Мы в терминалы. Олейник в эфир. Пульс к своим прогнозам. Каждый к своему. Будем осторожнее. Не полезем с плечом. Не станем ловить падающее. Обязательно поставим стоп. Мы вообще завтра станем совершенно другими людьми.
До первой зелёной свечи.
#гонзотрейдер
RO
ROSN
315,55 ₽
+14,5%
LK
LKOH
4 313,5 ₽
+24,75%
GA
GAZP
84,94 ₽
+17,24%
NV
NVTK
929,5 ₽
+13,77%
GM
GMKN
114,86 ₽
+2,93%
PL
PLZL
1 106,8 ₽
-8,98%
SB
SBER
273,79 ₽
+1%
GonzoTrader
13 августа
Сегодняшняя тепловая карта Мосбиржи напомнила мне Степана из Сибири. Степан всю жизнь мечтал съездить в Турцию. Прилетел в Аланью. Первый день. Жена говорит:
— Стёпа, кремом намажься.
— Я тебе чё, баба?
Через шесть часов Степан лежит в номере цвета $BANEP, на животе мокрое полотенце, а жена ходит вокруг и тихо повторяет:
— Я тебе говорила.
Вот примерно так сегодня выглядел российский инвестор. Ещё во вторник он ходил по Пульсу грудь колесом.
— Ну всё. Пошёл рынок.
— 2300 взяли.
— Теперь 2500.
Особо смелые уже мысленно проходили 3000 и выбирали между квартирой и китайским кроссовером. Рынок послушал. Кивнул. И сегодня снял с них кожу.
К обеду IMOEX валялся около 2230.
Тепловая карта была такая красная, будто на бирже не торговали акциями, а проводили областной конкурс помидоров. Монстры рынка получили по морде практически организованно.
В «Свече и Маржинколле» открыли медпункт.
Первым привели $SBER.
— Фамилия?
— Сбербанк.
— Жалобы?
— Инвесторы опять купили на пробой.
— Понятно. Следующий.
Занесли $PLZL .
— Этот чего?
— Золото.
— Я вижу, что золото. Чего лежит?
С санитарной каталки донеслось:
— Отъ*битесь.
— Живой. В коридор.
Следом пришёл нефтяник.
— Доктор, у меня Brent.
— Где?
— Падает.
— Давно?
— Да весь день какая-то слабость.
— Российская?
— Нефть.
— А. Это лечится.
— Чем?
— Более дорогой нефтью.
— Спасибо, доктор.
— Пять тысяч.
Тем временем в Пульсе царило удивительное спокойствие. Я вообще поражаюсь этим людям.
Если завтра на Землю упадёт метеорит, последний пост в Пульсе будет: «Неплохая возможность подобрать качественные активы на панике».
Сегодня там опять появились люди со стальными яйцами.
— Докупил.
— Усреднил.
— Забрал на долгосрок.
Ребята. Я вас знаю. Вчера вы были трейдерами. Позавчера спекулянтами. Сегодня вы долгосрочные инвесторы. Ещё минус десять процентов, и станете коллекционерами. Есть вообще чудесная стадия принятия убытка. Сначала: — Сейчас отскочит. Потом: — Тут сильная поддержка. Потом: — Фундаментал хороший. И последняя: — Мне эти деньги пока всё равно не нужны. Всё. Человек достиг биржевого просветления. Можно выдавать коврик для йоги.
Борис Маржинколлович вечером вышел из бара, посмотрел на красную карту и закурил.
— Красиво.
— Чего красивого-то?
— А ты присмотрись.
Мы присмотрелись. Действительно. Есть в большом падении какая-то странная честность. Когда рынок растёт, каждый считает себя умным. Один нашёл уровень. Другой увидел объёмы.
Третий почувствовал крупного игрока. Четвёртый просто купил $SBER, но через два дня уже объясняет в Пульсе устройство мировой финансовой системы. А потом приходит такой день. И выясняется, что никакие мы не волки с Уолл-стрит. Мы Степаны из Сибири. Приехали в Аланью.
Увидели солнце. Жена сказала намазаться. А мы ответили: — Да нормально всё. Теперь лежим красные. Шевелиться больно. Но телефон всё равно держим. Потому что завтра рынок откроется снова.
И если утром дадут хотя бы плюс полпроцента, Степан обязательно встанет с кровати, выйдет на балкон и скажет: — Ну вот. Я же говорил. Организм адаптировался. И снова пойдёт на пляж.
Без крема. С плечом.
#гонзотрейдер
BA
BANEP
833,5 ₽
-10,92%
SB
SBER
278,1 ₽
-0,56%
PL
PLZL
1 164,2 ₽
-13,47%
GonzoTrader
12 августа
Сегодня я долго смотрел на тепловую карту Мосбиржи.
Есть вещи, которые не требуют объяснений. Например, когда мужик выходит зимой из бани и падает в сугроб. Или когда кот несётся по квартире в три часа ночи. Или когда почти весь рынок красный. Причина где-то есть.
Но рынок вообще не обязан иметь человеческую причину. Это мы почему-то решили: если $SBER упал, должен существовать человек в галстуке, который знает почему.
Он выйдет и скажет:
— Снижение обусловлено совокупностью факторов…
И всем станет легче.
Нет.
Иногда $SBER падает потому, что его продают. Почему продают? Потому что не покупают. А почему не покупают? Потому что падает. Вот вам весь технический анализ. Можете сохранить.
В Пульсе тем временем происходило прекрасное. Пульс напоминает деревню после сильной грозы. У одного крышу снесло. У другого сарай утонул. У третьего корову молнией напугало.
Но все вышли на улицу и говорят:
— Дождик-то хороший. Земле нужен.
Сегодня земля получила достаточно. Особенно инвесторы.
Один пишет:
«Докинул на просадке».
Обожаю эту фразу. Докинул. Будто не деньги потерял, а дровишек в печку подбросил.
Другой:
«Набираю позицию частями».
Это уже высшая форма человеческого достоинства. Когда бумага падает первый раз, ты её покупаешь. Второй — усредняешь. Третий — набираешь позицию частями. Четвёртый — инвестиционный горизонт увеличился. Пятый — перестаёшь открывать приложение.
А через полгода рассказываешь:
— Я вообще долгосрочник.
Хотя утром был скальпером.
Удивительная профессия трейдер.
Нигде больше человек не меняет жизненную философию четыре раза за день только потому, что цена пошла не туда.
Утром:
— Работаю строго от уровней.
10:17:
— Дам позиции подышать.
12:40:
— Среднесрочно идея отличная.
15:20:
— Компания фундаментально сильная.
18:45:
— Детям оставлю.
Вот так за одну торговую сессию рождается наследственный капитал.
А рынок всё это время просто идёт вниз.
Спокойно. Без злобы. Ему вообще плевать.
Рынок похож на красивую женщину в аэропорту. Ты уже придумал вашу встречу, первое свидание, квартиру, детей и лабрадора. А она просто проходила мимо туалета. И даже тебя не видела.
Но человек не может принять такую бессмысленность. Поэтому вечером открывает график. Рисует линию. Ещё одну. Находит треугольник. Потом канал. Потом поддержку. Если поддержки нет, её всегда можно нарисовать ниже.
Прекрасное свойство технического анализа. Поддержка есть всегда. Вопрос только, сколько у тебя денег, пока цена до неё добирается.
К вечеру монстры рынка сидели в «Свече и Маржинколле». Красные. Помятые.
$SBER ковырял вилкой огурец. $GAZP смотрел в стакан. $MTLR курил у окна. Борис Маржинколлович протирал стойку.
— Ну что, мужики? Инвесторы опять вас анализировали?
$SBER кивнул:
— Меня сегодня семь раз назвали перепроданным. — И? — Падал дальше.
$GAZP вздохнул:
— Меня третий год называют недооценённым.
Все посмотрели на него.
— Газпромыч, не начинай.
Снова стало тихо. Где-то пищал терминал.
Борис Маржинколлович налил себе пятьдесят.
— Знаете, почему большинство здесь теряет деньги?
Мы приготовились услышать тайну. Ликвидность. Психология. Ставка. Геополитика. Манипуляции крупных игроков.
Но старик сказал:
— Потому что человек приходит на рынок заработать тысячу рублей.
Выпил.
— Зарабатывает тысячу и думает: мало. Зарабатывает десять — мало. Зарабатывает сто и думает: вот теперь попёрло.
— А потом?
— А потом рынок забирает сто двадцать.
Из угла донеслось:
— Да пошёл ты.
Это Валера.
Мы засмеялись.
Даже $MTLR
Только Валера почему-то нет.
И тут я подумал: наверное, поэтому завтра мы снова откроем терминалы. Не потому что любим деньги. Деньги мы как раз любим недостаточно. Любили бы — давно унесли отсюда. Нам нравится другое.
Короткое мгновение после кнопки «Купить», когда ещё ничего не произошло и ты примерно три секунды являешься человеком, который всё сделал правильно.
Три секунды. Иногда две. А потом начинается рынок. Он никогда не обещал сделать нас богатыми. Это мы сами так решили.
SB
SBER
284 ₽
-2,63%
GA
GAZP
91,8 ₽
+8,47%
MT
MTLR
39,19 ₽
+2,48%
GonzoTrader
11 августа
Бар «Свеча и Маржинколл» сегодня закрыли изнутри. Не для лудоманов. Сегодня здесь собрались те, чьи названия лудоманы произносят почти как молитву, особенно когда поза уже минус восемь и молиться, в общем-то, больше некому.
$SBER приехал первым. Чёрная машина, мокрый асфальт, дверь захлопнулась тяжело. Он вошёл без пальто, положил телефон экраном вниз и сел во главе стола. Лицо человека, который привык считать себя системой, пока система однажды не начинает считать его.
Следом подтянулся $GAZP. Огромный. Немного помятый. От него пахло газом, государственностью и очень давними обещаниями.
$LKOH сел у окна.
$ROSN выбрала место спиной к стене.
$GMKN принёс с собой запах металла и холодного северного цеха.
$YDEX нервно крутил ложечку в пустой чашке.
$VTBR вообще не снимал пиджак. Будто собирался сбежать первым.
Никто не пил. Вот это и было страшнее всего. На стене висел большой экран. $IMOEXF .
И они смотрели на него. Когда-то они сами его слепили. Каждый притащил кусок себя: капитализацию, ликвидность, амбиции, дивиденды, долги, нефть, газ, металл, человеческую жадность.
Получился милый зверёк. Сначала его кормили хорошими отчётами. Он рос. Потом начали подбрасывать новости. Он научился прыгать. Потом геополитику.
И вот тут эта тварь попробовала кровь. Теперь на экране был уже не индекс. Там сидело нечто.
Весной оно ещё бродило где-то под 2900, потом начало спускаться. Медленно. Сначала все даже посмеивались. Ну коррекция. Ну ещё свечка. Ну ещё. Потом оно сорвалось.
2700.
2701.
2702.
2703.
И однажды провалилось мордой почти к 1900, утаскивая за собой всё, что было прикручено к нему болтами, деньгами и человеческой верой.
В баре тогда впервые услышали, как у $SBER звенят нервы. Звук оказался удивительно тонким.
Как чайная ложка о край стакана. Сегодня чудовище выползло обратно к 2326. На графике несколько зелёных недельных свечей карабкались вверх из июльской ямы. С виду даже обнадёживающе. Но никто не радовался. Потому что они знали своего ребёнка. Знали, что зелёная свеча у него иногда означает не выздоровление. А то, что оно просто подняло голову.
$GAZP ёрзал на стуле. Под ним тихо поскрипывала кожа.
$ROSN смотрела на 2300, как на дверь бомбоубежища.
$LKOH зачем-то дважды проверил часы.
$YDEX перестал крутить ложку.
А из туалета вдруг донеслось: кап. Пауза. Кап. Все повернули головы. Под дверью медленно появилась тонкая полоска воды. Потом на пороге возник разводной ключ. Старый. Мокрый.
Сантехник Маржи был здесь. Но самого его никто не видел. И тут экран мигнул.
IMOEX дёрнулся.
Совсем чуть-чуть.
Но семь крупнейших бумаг одновременно посмотрели на него так, как родители смотрят на дверь комнаты взрослого сына, которого когда-то завели для радости…
а теперь по ночам запирают спальню.
Потому что никто уже не мог вспомнить главное:
они всё ещё управляют индексом…
или эта тварь давно научилась управлять ими.
За окном прошёл августовский дождь.
А в баре впервые за много лет было слышно, как боятся деньги.
#гонзотрейдер
SB
SBER
286,27 ₽
-3,4%
GA
GAZP
93,62 ₽
+6,37%
LK
LKOH
4 710 ₽
+14,25%
RO
ROSN
353,55 ₽
+2,19%
GM
GMKN
125,2 ₽
-5,58%
YD
YDEX
4 008,5 ₽
-10,22%
VT
VTBR
58,4 ₽
-12,23%
IM
IMOEXF
2 325,5 пт
-2,04%
GonzoTrader
11 августа
Арифметика сохранённого
Раньше у меня были другие отношения с утром.
Я просыпался и почти автоматически ждал от нового дня прибавки. Не обязательно денег. Деньги вообще довольно примитивная единица измерения, хотя, зараза, очень удобная.
Новый человек. Контракт. Идея. Возможность. Звонок, после которого что-нибудь изменится. Даже случайный разговор за кофе считался добычей, если вечером из него торчал хвост какого-нибудь будущего.
День должен был меня увеличить.
Иначе зачем он вообще приходил?
Наверное, так устроена молодость. Стоишь перед жизнью с раскрытой сумкой:
— Ну? Давай. Клади.
И жизнь кладёт.
Деньги. Любовь. Опыт. Иногда кирпич. Причём прямо в сумку, чтобы не расслаблялся.
Но годы идут. За спиной постепенно образуется склад этих кирпичей, и отношения с утром меняются.
Сегодня поймал себя на мысли:
мне уже не обязательно, чтобы день что-нибудь принёс.
Хоть бы, сука, ничего не унёс.
Я даже кофе отставил.
Это что сейчас было?
Возраст? Предпринимательская мудрость? Или я просто превратился из охотника в сторожа собственного имущества?
Сидит внутри молодой я, лет на двадцать моложе:
— Старик, ты чего? Где размах? Что сегодня захватим?
А нынешний отвечает:
— Давай сначала посмотрим, что к вечеру останется от вчерашнего.
Потому что теперь я знаю цену не только приобретениям.
Я знаю цену потерям.
Можно полгода строить и за один телефонный разговор получить назад руины. Собрать команду и потерять нужного человека. Вырастить проект, вложить деньги, нервы, время, а потом обнаружить, что пациент вроде дышит, но врач почему-то уже снимает перчатки.
А ещё есть Форс-Мажор.
Я представляю его большим молчаливым мужиком в пальто. Он никогда не звонит заранее. Просто однажды открывает дверь ногой:
— Здравствуйте. Я ненадолго.
И ты сразу понимаешь: надолго.
Где-то рядом ходит Маржинколл. Этот вообще свой. Почти родственник. Форс-Мажор приходит потому, что мир сошёл с ума. Маржинколл чаще приходит потому, что вчера вечером с ума сошёл ты.
И постепенно утренняя арифметика меняется.
Чтобы производство отработало. Чтобы никто не позвонил со словами: «Олег, тут такая ситуация…» Чтобы деньги, которые должны прийти, пришли. Чтобы договорённости не превратились в воспоминания о договорённостях. Чтобы близкие были рядом.
Чтобы телефон вечером просто лежал на столе и молчал.
Наступает ночь.
Сверяешь остатки.
Все живы. Проекты стоят. Деньги не исчезли. Земля не налетела на небесную ось. Терминал закрыт, депозит пережил ещё одну встречу со мной.
Ничего особенного не произошло.
И вдруг понимаешь:
охренительный был день.
Когда-то я назвал бы его пустым.
Теперь называю удачным.
Потому что есть странная бухгалтерия жизни, которую начинаешь понимать не сразу:
ноль тоже бывает прибылью.
Не потерял деньги — заработал их сохранение. Не разрушил отношения — сохранил человека. Не случился пожар — не пришлось героически бегать с огнетушителем.
Но тут есть ловушка.
Можно настолько полюбить сохранённое, что однажды перестанешь создавать новое.
Начнёшь не жить, а охранять.
Бизнес. Деньги. Репутацию. Привычки. Удобное кресло. Самого себя вчерашнего.
А предприниматель-сторож — грустная профессия.
Поэтому выбирать между тем молодым идиотом, который каждое утро собирался завоевать мир, и нынешним мной я не хочу.
Пусть оба остаются.
Первый иногда орёт:
— Пошли, там что-то интересное!
Второй проверяет, взяли ли деньги, документы и закрыли ли дверь.
А я пойду между ними.
И перестану спрашивать у каждого нового дня:
— Что ты мне сегодня дашь?
И не стану спрашивать:
— Что ты у меня отнимешь?
Есть вопрос получше.
Ну что, день.
Посмотрим, что мы сегодня друг с другом сделаем.
Кофе допит.
Пошёл смотреть.
#гонзотрейдер
GonzoTrader
5 августа
После торгов в районном сельсовете делили служебный автомобиль.
Автомобиль был один. Старенькая «Волга», цвет мокрый асфальт, салон пропах бензином, дерматином и советской властью. Ездить на ней предстояло всем, поэтому каждый хотел оформить машину на себя, а бензин оставить муниципалитету.
Первым слово взял $LEAS. Пришёл в белой рубашке, папка толстая, улыбка тонкая. Сел во главе стола и сразу объяснил, что автомобиль покупать не надо. Его надо взять в лизинг на семь лет, потом ещё раз взять в лизинг, а в конце выкупить пепельницу по остаточной стоимости.
— Машина наша будет? — спросил председатель Маржинколл.
— Практически.
— Это как?
— Платить будете вы. Значит, почти ваша.
Народ закивал. Русский человек особенно доверяет договору, когда в нём сорок страниц и ни одной понятной строчки.
$SNGS сидел у окна в старом пиджаке и держал под мышкой железную канистру. Нефтяник был молчаливый, тяжёлый, с лицом человека, который знает, где спрятаны деньги, но из принципа забыл дорогу.
— Бензин дадите? — спросил Маржинколл.
$SNGS прижал канистру крепче.
— Есть бензин.
— Тогда наливайте.
— Зачем?
После этого он снова отвернулся к окну и стал смотреть на берёзу. Берёза росла. Канистра дорожала. Разговор закончился.
$PLZL явился в золотых запонках и резиновых сапогах. Старатель положил на стол самородок, отчего столешница прогнулась, а бухгалтер немедленно начал считать его общественным имуществом.
— Я предлагаю покрыть машину золотом, — сказал $PLZL. — Тогда ржавчины не видно.
— Дорого.
— Зато блестит.
Он провёл пальцем по капоту. На пальце осталась серая пыль и кусок краски.
— Пока не блестит, — признал $PLZL. — Но сюжет правильный.
Рядом суетился $ALRS. Худой, быстрый, глаза острые. Он ползал под столом с лупой и искал бриллиант, который якобы выпал у него ещё на утренней сессии.
— Нашёл? — спросили сверху.
— Пока гайку.
— От машины?
$ALRS посмотрел на ржавую гайку, подышал на неё и спрятал в карман.
— После огранки разберёмся.
$CBOM уже установил возле двери кассу. Банкир предложил сельсовету кредит на первый взнос, кредит на страховку и отдельный кредит на оплату кредита. Галстук у него был затянут крепко, лицо розовое, ладони мягкие. Такими ладонями удобно пожимать руку человеку, пока другой рукой вынимаешь у него кошелёк.
— Ставка какая? — спросил Маржинколл.
— Комфортная.
— Для кого?
$CBOM улыбнулся.
— Для банка дискомфорта не предусмотрено.
За компьютером сидел $POSI. Специалист по безопасности подключил «Волгу» к цифровой системе сельсовета. Теперь для запуска двигателя требовались пароль, код из СМС, отпечаток пальца председателя и подтверждение личности через портал, который не открывался.
— Зато не угонят, — сказал $POSI.
Маржинколл повернул ключ. Машина молчала.
— Теперь вообще никто.
У стены сидели проигравшие.
$FLOT был в капитанской фуражке и мокрых ботинках. Он долго объяснял, что служебная «Волга» должна ходить морем, потому что по суше сейчас дорого и вообще фрахт не тот. Никто не слушал. В районе не было моря. Только пруд за баней, где утки занимались нелегальным судоходством.
$VTBR сидел рядом на складном стуле. Стул проседал под ним медленно и торжественно. Банкир держал три папки, две стратегии и одну вечную надежду когда-нибудь стать нормальной акцией.
— Может, я поведу? — предложил он.
В комнате стало тихо.
Даже $CBOM перестал считать проценты.
К вечеру сельсовет проголосовал. Машину передали $LEAS, бензин оставили у $SNGS, капот поручили $PLZL, гайки доверили $ALRS, кредит оформил $CBOM, сигнализацию поставил $POSI. $FLOT назначили ответственным за переправу через лужу. $VTBR дали подержать ключи, но без права поворачивать.
Все вышли во двор.
Маржинколл сел за руль. Повернул ключ. На панели загорелась красная лампа, под капотом что-то кашлянуло, из трубы вылетело чёрное облако и накрыло весь сельсовет.
Машина не поехала.
Зато возле неё немедленно выросла капитализация участников проекта.
#гонзотрейдер
LE
LEAS
669,7 ₽
+0,09%
SN
SNGS
16,4 ₽
-5,95%
PL
PLZL
1 372,8 ₽
-26,62%
AL
ALRS
23,11 ₽
-15,58%
CB
CBOM
10,06 ₽
-10,4%
FL
FLOT
78,01 ₽
+3,9%
VT
VTBR
56,68 ₽
-9,55%
GonzoTrader
4 августа
После торгов на районном мясокомбинате запускали новую линию по производству уверенности.
Сырьё привезли ещё утром. В мешках лежали слухи, ожидания, немного геополитики и вчерашний оптимизм, уже тронутый по краям серым налётом. В цеху пахло перцем, горячим жиром, мокрой спецодеждой и той особенной производственной тревогой, когда начальство приехало, линия не работает, а красную ленточку уже натянули.
Главным по сырью назначили $SGZH. Лесник явился в сапогах, с опилками в бороде и зачем-то привёз телегу щепы.
— Мы колбасу делаем, — сказал мастер Маржинколл.
— Всё натуральное, — ответил $SGZH. — Целлюлоза, древесные волокна, глубокая переработка.
Он высыпал щепу в фаршемешалку. Мотор взвыл. Над цехом поднялось ароматное облако надежды с привкусом фанеры.
Возле кассы сидел $SBER. Чистый халат, зелёная шапочка, руки сложены на животе. Банкир предлагал рабочим купить колбасу, которую они ещё не произвели, в рассрочку до следующего экономического цикла.
— Первый кусок бесплатно, — улыбался он.
— А второй?
— Второй уже ваш. Вместе с обслуживанием, страховкой и уведомлениями.
На конвейер въехал $SVAV. Автозаводец был весь в масле, с гаечным ключом за поясом и лицом человека, у которого машина снова заводится только с толкача. Он должен был настроить транспортёр, но перепутал провода. Лента рванула назад, утащила три ящика, технолога и праздничный торт для комиссии.
— Почему в обратную сторону? — закричал Маржинколл.
$SVAV вытер лоб рукавом.
— Импортозамещаем направление движения.
У мясорубки стоял $MTLR. Шахтёр, чёрный, худой, руки как стальные корни. Он молча заталкивал в машину куски вчерашних надежд. Мясорубка хрустела, кашляла и время от времени пыталась затянуть его самого.
— Тяжело идёт? — спросил $SBER.
$MTLR упёрся сапогом в станину.
— Всё тяжёлое рано или поздно идёт вниз. Особенно если долгов много.
Рядом суетился $RAGR. Аграрий прибежал с мешком свёклы, банкой сала и кипой бумаг. Шея багровая, рубаха мокрая, из кармана торчит кукурузный початок.
— Мяса не хватает, — пожаловался технолог.
— Добавим сельского хозяйства.
— А проверка?
$RAGR нервно посмотрел на бумаги.
— Проверке главное показать, что корова существовала юридически.
В упаковочном цеху лежал $OZON. Прямо на коробках. Курьерская сумка под головой, терминал пищит на груди, один ботинок потерян где-то между складом и ожиданиями покупателей.
Ему поручили развозить готовую уверенность по стране.
— Адрес есть? — спросил Маржинколл.
$OZON показал накладную.
Там было написано: «Получатель: российский инвестор. Адрес: где-то между страхом и жадностью».
К закрытию комбинат гудел как сельсовет перед прокурорской проверкой. $SGZH набивал оболочку древесной философией. $SBER кредитовал каждый батон. $SVAV гонял конвейер задом наперёд. $MTLR держал мясорубку, чтобы она не убежала в подвал. $RAGR доказывал происхождение свиньи по фотографии. $OZON пытался отсканировать колбасу, но система считала её крупногабаритным грузом.
Наконец из машины выполз первый батон уверенности.
Серый. Кривой. С сучком посередине.
Маржинколл отрезал ломтик. Понюхал. Попробовал.
Все замерли.
— Ну как? — спросил $SBER.
Маржинколл долго жевал. Потом вытер рот актом приёмки.
— На вкус как рост рынка.
— Хорошо?
— Сначала вроде вкусно. Потом понимаешь, что внутри опять бумага.
#гонзотрейдер
SG
SGZH
0,87 ₽
-24,18%
SB
SBER
284,69 ₽
-2,86%
SV
SVAV
419 ₽
-12,05%
MT
MTLR
40,49 ₽
-0,82%
RA
RAGR
102,34 ₽
-32,66%
OZ
OZON
2 921,5 ₽
+1,08%
GonzoTrader
3 августа
Районная комиссия принимала новый мост через реку Маржинколловку.
Мост строили долго. Сначала искали деньги, потом подрядчика, потом того, кто видел подрядчика трезвым. К августу объект наконец вырос над водой: бетон серый, перила блестят, асфальт ещё тёплый и пахнет так, будто государство только что расплавило старую надежду и закатало её катком.
Первым на испытания приехал $UWGN.
Он явился не один, а целым товарным составом. Вагоны грохотали, сцепки лязгали, машинист высунулся из окна и орал, что тормозить поздно, потому что сегодня у них лидерство, динамика и вообще исторический момент.
Маржинколл поднял красный флажок.
— Стоять! Нагрузка согласована?
— У нас всё согласовано рынком!
Состав въехал на мост. Опоры вздрогнули. В реку посыпались окурки, ржавчина и один инженер, который слишком близко наклонился посмотреть на деформационный шов.
Следом прибыл $SMLT. В белой каске, чистых ботинках и с макетом квартала под мышкой. Пока комиссия проверяла мост, он уже размежевал оба берега, назвал их Верхняя Набережная и Премиальная Набережная, а место под аварийным съездом продал как студию с видом на воду.
— Мост хоть выдержит? — спросил Маржинколл.
— Первая очередь выдержит.
— А вторая?
— Её купят раньше, чем заметят.
$SFIN приехал на чёрной машине. Из неё сначала вышел водитель, потом юрист, потом ещё один юрист, а уже после них сам хозяин жизни. Костюм сидел плотно, часы блестели, лицо выражало полное понимание того, кто кому здесь должен.
Он осмотрел мост, постучал по перилам и спросил:
— Чей актив?
— Муниципальный.
$SFIN улыбнулся.
Через пять минут мост уже числился в сложной корпоративной структуре, где сельсовету принадлежала табличка с названием и половина спасательного круга.
За металлоконструкции отвечал $MAGN. Огромный, горячий, руки в ожогах, рубаха мокрая между лопаток. Он ходил вдоль пролётов, бил кувалдой по балкам и слушал звон.
— Эта хорошая, — говорил он.
Бум.
— Эта тоже.
Бум.
— А эта?
Балка жалобно загудела.
$MAGN прищурился и ударил ещё раз, посильнее.
— Теперь хорошая.
$RNFT привёз битум. Сам весь чёрный, лоснящийся, от сапог тянулись жирные следы. Рабочие вылили смесь на дорогу, и мост сразу приобрёл тот государственный блеск, после которого колёса прилипают к истории.
— Почему асфальт мягкий? — спросил Маржинколл.
— Зато нефть настоящая.
По краю объекта бродили те, кому сегодня не повезло.
$ASTR стоял возле электронной системы управления мостом. Ноутбук завис, датчики показывали температуру в Якутске, а шлагбаум открывался только после перезагрузки и письменного согласия администратора.
— Программа отечественная? — спросили у него.
— Полностью.
Шлагбаум ударил его по затылку.
— Даже характер.
$SVCB сидел в будке оплаты и выдавал кредиты на проезд. Первые десять метров бесплатно, дальше ставка плавающая, поручителем выступает пассажир с соседнего сиденья.
$OKEY приехал с грузовиком продуктов для торжественного открытия. На первой же кочке задняя дверь распахнулась, и по свежему асфальту покатились арбузы, банки горошка, батоны и замороженная курица, которая остановилась ровно у ног председателя комиссии.
Наступила тишина.
На мост одновременно полезли вагоны $UWGN, бетономешалки $SMLT, машина $SFIN, самосвал $MAGN и цистерна $RNFT. $ASTR пытался поднять шлагбаум, $SVCB оформлял мосту рефинансирование, $OKEY ловил арбузы.
Опоры застонали.
Маржинколл посмотрел вниз. Вода под мостом пошла кругами. Инженер, которого уронили раньше, вынырнул возле камышей и закричал:
— Держится!
Все облегчённо выдохнули.
И тут посреди моста появилась тонкая трещина. Она медленно поползла через свежий асфальт, обогнула машину $SFIN, прошла между ног $MAGN и остановилась возле таблички:
«Объект построен с опережением графика».
Маржинколл снял каску, вытер ею лоб и подписал акт:
«Мост к эксплуатации готов. Движение вверх открыто. Фундамент просьба не беспокоить».
#гонзотрейдер
UW
UWGN
21,38 ₽
-6,92%
SM
SMLT
379,4 ₽
-33,9%
SF
SFIN
546,6 ₽
+0,95%
MA
MAGN
22,18 ₽
-3,47%
RN
RNFT
83,35 ₽
+1,86%
AS
ASTR
181,95 ₽
+18,22%
SV
SVCB
10,59 ₽
-9,63%
OK
OKEY
39,95 ₽
+27,28%