Хэштег #заграница | Тинькофф Инвестиции Пульс

Как мы африканцам Россию показывали — Почему так мало фотографий университетов, — задаёт вопрос одна из миловидных девушек из зала. На выставку фотографий в Ниамей (Нигер) мы привезли около 25 работ. Хотели показать всё многообразие России: большие территории, многообразие рельефов, множество верований, традиций и народов. Но вот фотографий университетов не привезли. Нигерской молодёжи же они нужны больше всего. Образование в России — один из очень немногих шансов для местных школьников вырваться из абсолютно кромешной мглы. Любой, кто пробудет в Ниамее хотя бы 5 минут, подтвердит: так жить нельзя и не хочется. Школьники, которые ходят в фонд EMMNR учить русский язык, а сегодня пришли на выставку, достаточно обеспечены и целеустремленны. Многие сносно говорят на русском, все — хотят поехать учиться в Россию. На телефоне показываем им кампусы ДВФУ, Казанского университета, Урфу и других ведущих вузов: МГУ и Питерские университеты они видели и сами. Второе открытие для них — «в России живут мусульмане и даже шаманы». В Нигере мусульманство исповедует большинство населения. Здесь немного мечетей, но. 5 раз в день бетонные площадки у остановок наполняются молящимися, которые синхронно опускают головы под распевчатые молитвы муэдзина. Шаманизм в Нигере тоже живей всех живых: различные снадобья, части животных и сушённые коренья продают повсеместно. Интересный нюанс: на лекциях и выставках в Нигере гостей принято кормить. Так что через минут 30 после начала делаем перерыв на еду: подают фанту с колой и орешки с печеньем.

Кабульский фотограф со 100-ЛЕТНЕЙ КАМЕРОЙ Хаджи Мирзаман начал снимать больше 65 лет назад, когда был ещё подростком. Он работал в фотостудии у двоюродного брата в центре Кабула. Снимал Хаджи на самодельную деревянную камеру, которая и тогда-то выглядела поношенной, а сейчас ей и вовсе перевалило за 100 лет. В начале 50-х в Афганистане стали быстро набирать популярность уличные фотоателье. Услугами фотоателье пользовались многие. Пик пришёлся на конец 1970-х годов, когда вступая в армию афганцы фотографировались на военные удостоверения. В 90-е при прошлом правительстве Талибана большая часть таких камер была разбита из-за запрета на фотосъёмку. Однако после 2001 года к Хаджи вновь стали захаживать посетители — школьник, чтобы сделать фото на удостоверение личности. Возможность купить заводские камеры была не у многих, так что большинство мастерили их из подручных средств. В дело шли деревянные коробки и линзы иностранного производства. Такие камеры стали именовать камра-э-фаори («мгновенная камера») или камра-э-чоби (деревянная камера). Эти камеры стали сугубо афганским явлением. Бумажный негатив проявляется прямо внутри такой камеры. Затем негатив ещё раз переснимают, получая позитив. Сегодня Хаджи Мирзаман упростил процесс ради экономии бумаги. Теперь негатив снимают на телефон или сканируют и инвертируют цвета в Фотошопе. Полученный снимок и печатают на обычном фотопринтере. Во время нашего приключения в Афганистане весной, у нас тоже будет возможность зайти к Хаджи Мирзамана и сделать фотографию на 100-летнюю камеру. Вот уж действительно уникальный сувенир.

Зачем россиянам ехать в Армению? В 2025 году Армения стала важным тревел-напралением для россиян. Кроме того, многие используют страну как хаб для дальнейших путешествий в Европу. «Гамарджоба» поговорила с Лусине Геворгян, председателям Комитета по туризму Армении о российском турпотоке, новинках и ожиданиях. Какие у вас ожидания по турпотоку из России в 2026 году? В 2025 году Армению посетили около 700 000 туристов из России. Мы ожидаем, что в 2026 году эта цифра вырастет как минимум на 10-15%. Этому способствует удобное авиасообщение, безвизовый режим, культурная близость и высокий интерес россиян к коротким и насыщенным путешествиям. Какие новые туристические дестинации Армения может предложить тем туристам, кто уже бывал в стране? Даже если путешественник уже видел Ереван, Гарни, Гегард или Севан, страна готова удивлять каждый раз: — Лори с его живописными ущельями и монастырями; — Сюник — ворота к Татевскому монастырю и канатной дороге «Крылья Татева»; — Джермук — термальные источники и центр wellness-туризма; — винные регионы Вайоц Дзора; — а также новые эко-маршруты по национальным паркам. Можете назвать пять самых главных достопримечательностей, которые непременно стоит посетить российскому туристу в Армении? — Ереван — сердце современной и культурной Армении. — Гарни и Гегард — уникальное сочетание античного и средневекового наследия. — Озеро Севан — крупнейшее высокогорное озеро Кавказа. — Татевский монастырь и «Крылья Татева» — самая длинная канатная дорога в мире. — Дилижанский национальный парк — «армянская Швейцария». Можно как-то рассчитать средний бюджет на недельную поездку по стране — если брать 3/4-звёздочные отели неплохие? Неделя в Армении при размещении в 3-4* отелях обойдётся в среднем $800-1000 на человека (с перелётом, проживанием, питанием и экскурсиями). Конечно, многое зависит от индивидуальных предпочтений — гастрономические туры, винные дегустации или активные виды отдыха могут повлиять на стоимость. Кому стоит в Армении? Любителям городов или природы? Армения удивит каждого: — для любителей городов — Ереван с его музеями, гастрономической сценой и ночной жизнью, — для ценителей природы — горы, озёра, национальные парки, хайкинг и зимние виды спорта. Поэтому чаще всего туристы находят баланс: пару дней в Ереване и несколько дней на природе или в регионах.

Стоит ли ехать в Афганистан? — Так стоит ли ехать в Афганистан, мне непонятно, — этот вопрос мне задали десятки людей. У меня нет однозначного ответа на этот вопрос. Некоторые пишут, что никогда не поедут в страну, где нарушаются права женщин (камон, а где они не нарушаются?), другие — что в Афганистане небезопасно, третьи — что там нечего смотреть. Во всём этом наверняка есть зерно истины. Но если вы путешественник, а не турист, то Афганистан утолит вашу жажду приключений и открытий как ни одна другая страна. Вы увидите, что женщины тут ходят по ресторанам и базарам, ездят в такси и учатся в школах. Безопасность в стране сейчас, пожалуй, на максимальном уровне за последние 40 лет. Гулять по ночному Кабулу безопасней, чем по Милану или Чите. Да, на улицах огромное количество людей с оружием, но ваш контакт с ними минимален. Максимум сделаете несколько фото и подержите автомат, если захотите. А про нечего смотреть — точно абсолютная глупость. Тут и красивейшие мечети, и древние города, и колоритные базары. И, главное, люди, которые несмотря ни на что остаются невероятно радушными и открытыми. В Афганистан точно стоит ехать, если вы готовы к открытиям и не боитесь сбросить шоры общественного одобрения. Вас скорей всего не поймут, будут крутить пальцем у виска. Но знайте, это путешествия может стать одним из самых интересных в вашей жизни. У меня так и случилось.

Ближе к полуночи мне в вотсап приходит сообщение от помощника консула: «Завтра планируется рейс Арианы в Москву, ориентировочно в 18-19 часов». Возможно, нас даже посадят на него по нашим старым билетам. С утра еду в офис авиакомпании, а наши родственники звонят в московский офис, чтобы узнать, как быть с билетами. Выясняется, что нас действительно посадят на рейс, а билеты на рейс до Дубая удаётся сдать с небольшой комиссией. Правда билеты Дубай — Москва сгорают, ну да и чёрт с ними. Вместе со всеми вещами и нашими местными друзьями едем на наш крайний обед в Кабуле, а после ещё успеваем заскочить в книжный. Я же, пока ребята обедают, еду за коврами для друзей, а на обратном пути попадаю в небольшую аварию. Кажется, я собрал все возможные ачивки в Афганистане. В аэропорт мы приезжаем сильно заранее. Вновь прощаемся с нашими местными друзьями, проходим контроль (теперь посадочные выписывают буквально за пару минут) и пьём чай в небольшом кафе. Пара девчонок из нашей группы улетают в Дубай, а мы ждём нашего рейса, который по расписанию должен вылететь через час. Через час рейс откладывают начала на полчаса, потом ещё на час, потом ещё, а потом неожиданно объявляют посадку. В аэропорту все наши русские афганские друзья: тоже летят в Москву: Сайф, который сопровождал нас до отеля, Харун, который приезжал нас проведать в один из дней блекаута. Все невероятно рады, что наконец-то летят домой. Спустя несколько часов после взлёта самолёт неожиданно садится в казахском Актобе: афганские авиалинии дозаправляют здесь свои лайнеры — это дешевле, чем заправляться в Москве. Из самолёта нас не выпускают, остановка занимает минут 40, ещё 3 часа спустя мы наконец-то приземляемся в Москве. Это было отличное приключение. Весной повторим.

✈️ Как мы почти ВЫБРАЛИСЬ ИЗ АФГАНИСТАНА — Интернет дадут в полдень, — говорит один из моих новых афганских знакомых. — Связь точно будет к 14:00, — уверяет второй. У каждого второго в Кабуле есть точная информация о причинах и продолжительности локдауна в Афганистане. Брат чьего-то брата где-то работает и уверенно называет точное время включения связи. Это повторяется из раза в раз, но интернет так и не дают. Я в Кабуле уже немного местный: гуляю в одиночку, неплохо ориентируюсь в центре, катаюсь на такси без сопровождающих, а в «Сафарат Москва» (Посольство России) езжу уже как к себе домой. В консульстве, кстати, ненадолго появляется связь и нашим родственникам передают весточку от нас. Мои местные друзья через свои каналы делают это на пару часов раньше. Мы пишем родным, что у нас всё хорошо: мы живём в хорошем отеле, отлично питаемся (кебабами и пловом) и нашей безопасности ничего не угрожает. Вообще вся наша компания больше всего переживает не за себя, а за родных, которые остались дома совершенно без какой-либо связи с нами и без возможности узнать, как обстоят наши дела. Когда мы узнаём, что сообщения дошли до дома, сразу же становится спокойней и легче. После обеда к нам в гости в отель приходит Владимир — русский бизнесмен, помогающий нам с организацией поездки. Он живёт в Кабуле уже несколько месяцев, а его помощник-афганец точно знает когда дадут интернет (и почему его отключили). Мы улыбаемся, но ровно в 16:00 у него начинает работать связь (почему-то только у него), спустя несколько минут связь потихоньку начинает возвращаться и в другие телефоны, а ещё полчаса спустя появляется и интернет. Мы звоним родным, выясняем, что те уже создали чат для оперативного обмена информацией и координации. Когда эйфория от возвращения связи проходит, начинаем выяснять по поводу рейсов в Москву. Покупаем дорогущие билеты через Дубай и счастливые идём ужинать. Я впервые за 3 дня беру кебаб, фреш и манто. Сегодня можно вкусно поужинать. Кажется, всё закончилось.

Вернувшимся из-за границы отключат интернет на 24 часа. В этот раз, регуляторы вышли с официальной позицией. Разъяснение также дало Минцифры*: для обеспечения безопасности и защиты от вражеских БПЛА, было принято решение о «периоде охлаждения» для российских абонентов. Блокируется SMS и мобильный интернет, если: • SIM-карта неактивна в течение 72 часов • При возвращении из международного роуминга Ограничения действуют 24 часа. Некоторые операторы уже сделали формы, по которым работает разблокировка, например: • МегаФон: • Билайн: (работает при блоке) • Т2: SMS от оператора будет приходить и формы будут открываться, несмотря на ограничения. Есть еще вариант разблокировки через колл-центры, если не работает форма или не приходит SMS. Напомним номера колл-центров операторов: • Билайн: 8 (800) 700-06-11 • МегаФон: 8 (800) 550-05-00 • МТС: 8 (800) 250-08-90 • Т2: 8 (800) 101-06-11 Если ваш номер попал под «охлаждение», то никакие «белые списки» работать не будут. Не путайте отключение связи в регионе в связи с атакой БПЛА и «период охлаждения» по возвращению из-за гранцы. * 📱 Усилены меры безопасности для борьбы с БПЛА Операторы связи по требованию регуляторов запустили новый механизм для обеспечения безопасности и защиты от беспилотников. При попадании сим-карты на территорию России из-за рубежа нужно подтвердить, что она используется человеком, а не встроена в беспилотник. До этого мобильный интернет и смс на этой сим-карте будут временно блокироваться. ❗ В тестовом режиме механизм начал действовать 10 ноября. Как это работает Для абонентов с российскими сим-картами действует так называемый период охлаждения на 24 часа: ⚫ если сим-карта неактивна в течение 72 часов ⚫ при возвращении из международного роуминга Как восстановить доступ к сети Оповещение о блокировке приходит в смс от оператора связи. В сообщении указывается информация о способах снятия установленных ограничений. Сделать это можно в любой момент, авторизовавшись с помощью капчи по ссылке, которую пришлёт оператор. После этого доступ к интернету и смс будет восстановлен. Также предусмотрена возможность позвонить в колл-центр и снять ограничения, пройдя идентификацию по телефону. Подробнее о разблокировке можно узнать у своего оператора. Для чего это нужно Нововведения направлены на обеспечение безопасности граждан России. Сим-карты с мобильным интернетом могут находиться внутри вражеских БПЛА и использоваться для их навигации. Временные блокировки позволят повысить защиту от беспилотников.

Узники АФГАНИСТАНА: второй день без связи Часам к чётырем утра я всё же провалился в сон , но каждые полчаса открывал глаза и судорожно проверял телефон: не появилась ли связь. Связь не появилась ни в 5 утра, ни в полдень, ни в полночь. После завтрака поехали в российское посольство. Дипломатическое ведомство больше похоже на крепость: несколько периметров безопасности, огневые точки и грозные ребята с автоматами на входе. Точней у первого шлагбаума. К нам вышел хорошо говорящий по-русски афганец, выслушал нас и, предварительно усадив нас в соседней чайной, отправился куда-то вовнутрь выяснять что-то у консула. Спустя пару часов нам наконец разрешили войти. Несколько досмотров: сначала талибы, в самом концу уже наши русские. С помощником консула мы сидим в небольшой комнатке сразу за массивными глухими воротами. Просим хотя бы связаться с родственниками. Узнаём, что никакой связи у консульства тоже нет (кроме спецканала, но он, конечно, не для того). Узнаём, что пока нашей безопасности ничего не угрожает, никаких действий консульство предпринять не может. Договариваемся, что вечером к нам в отель приедет афганец из посольства с последними новостями. Помощник консула настоятельно не рекомендует нам выбираться из Кабула по земле. Теоретически можно выехать в Узбекистан или Таджикистан, но это часов 10 пути и никаких гарантий, что с нами ничего не случится. Ближе к таджискской границе неспокойно: орудуют всякие банды и террористы, а талибы особенно бдительны: любой иностранец вызывает подозрение. Тем более в ситуации, когда нет никакой связи. По возвращению в отель пытаюсь разыскать наших местных друзей: обхожу все места, где они могли бы появиться: офис, рестораны, соседние отели. Нахожу каких-то их знакомых, но связаться с ребятами в отсутствии связи никакой возможности нет. Успокаиваю себя тем, что ребята просто не в курсе, что мы не улетели и как только они узнают, что мы застряли в Кабуле, то сразу нас найдут. Так и выходит, вечером одновременно с работником посольства (который не приносит никаких новостей) на пороге отеля появляется Шихаб — наш гид и мой афганский бро. Он шутит, успокаивает нас, но в общем-то тоже не рекомендует ехать через весь Афган по земле. Ребята идут на ужин в ресторан, но я только пью кофе: есть почему-то ничего не хочется. Решаю для себя, что этот локдаун — отличная возможность немного похудеть, раз уж в горло всё равно ничего не лезет.

Ваш вылет отменяется: КАК МЫ ЗАСТРЯЛИ В АФГАНИСТАНЕ По приезду в аэропорт Кабула прощаемся с нашими сопровождающими, проходим несколько досмотров и зависаем на регистрации. Толпа ползёт крайне медленно, на каждого пассажира уходит по минут 10-15. Ещё и интернет почему-то не работает. У работников аэропорта тоже, так что посадочные выписывают от руки. В чистой зоне аэропорта мы ждём вылет рейса в Москву, но его откладывают сначала на полчаса, потом ещё на час, потом ещё, а после отменяют. Мы. Застряли. В АФГАНИСТАНЕ. В зоне вылета я знакомлюсь с несколькими «русскими» афганцами — кто-то родился и всю жизнь прожил в России, кто-то чуть меньше. Прошу их помочь с такси, обменом денег и в целом с коммуникацией с местными. — Я бы позвал вас к себе, но у меня тут совсем небольшая квартира, — извиняясь говорит Харун. Пока мы с другим афганцем Сайфом меняем деньги в единственной открытой в аэропорту лавке, Харун помогает моей команде с чемоданами. Все вместе мы идём через совершенно пустой аэропорт (все сотрудники просто сбежали). Сайф с Харуном помогают нам поймать 4 такси, а Сайф сопровождает прямо до отеля. За поездку суммарно отдаём около 1 000 ₽. В отеле становится немного спокойней. Узнаём, что интернет и всю другую связь отключили во всей стране. В такой ситуации очень хочется выпить. Но мы же в Афганистане, так что просто идём спать. Завтра попытаемся выбраться из Кабула. Или найти наших местных друзей. Или найти наших местных друзей и выбраться. Пока не знаю. Пока надо просто поспать. Но глаза почему-то отказываются закрываться и я полночи смотрю в тёмный потолок.

Самый красивый книжный ААФГАНИСТАНА Весну 2002 года норвежская журналистка Осне Сейрстад провела в Кабуле только что оставленном талибами. В столицу Афганистана она вошла вместе с Северным альянсом и осталась здесь на несколько месяцев. Она поселилась в доме владельца книжного магазина Шаха Мухаммада Раиса (которого ввела в книгу под псевдонимом Султан Хана: -- В магазине Султана Хана полки завалены книгами на разных языках, сборниками стихов, афганских легенд, книгами по истории, романами. Он оказался умелым продавцом: покидая его магазин, я унесла с собой семь книг. Я нередко заглядывала к нему, когда у меня выдавалась свободная минутка, — посмотреть на книги, пообщаться с интересным книготорговцем. Он был афганский патриот, с которым родина частенько обходилась несправедливо. «Сначала мои книги сожгли коммунисты, потом магазин разграбили моджахеды, а после пришли талибы и опять всё пожгли». -- Мы попадаем в магазин Shah M Book co за несколько часов до вылета из Кабула в Москву. Сегодня он принадлежит уже другим людям, но это всё ещё самый большой и самый известный книжный в городе. Улыбчивый парень сразу же тянет мне книгу «Книготорговец из Кабула», уточняя что она была написана именно про их магазин. Книга есть на английском и почему-то на латышском языке. На полках много литературы на русском — в основном сомнительная беллетристика об Афганистане или воспоминания ветеранов Афганской войны. На английском интересных книг намного больше. Здесь и массивные исследования, посвящённые Афганистану, и наблюдения иностранных журналистов о бытовой жизни страны при разных режимах, и красивые фотоальбомы. Отдельная гордость магазина — старинные карты и атласы, самым старым уже за 100 лет. Карты развешены на лестнице, ведущей на второй этаж. Я надолго зависаю у одной из них, подмечая как сильно изменились границы государств за минувшие 50 лет. В магазине продают лучшие в стране фотооткрытки с видами Афганистана — на них зарисовки из обычной жизни 10-20-30-50 лет назад. На одной девочка на фоне испещрённой пулями стены, на второй — уличный фотограф со старой камерой, на третьей — девушки в хиджабах, выбирающие кеды. Из магазина мы уходим с кучей покупок. Права была Осне: здесь работают умелые продавцы. В ноябре 2005 года Шах Мухаммед Раис во время поездки в Скандинавию попросил убежища в Норвегии или Швеции. Он заявил, что из-за книги Сейрстад он больше не может чувствовать себя в безопасности в Афганистане. Позже он подал иск против писательницы в норвежском суде за клевету, но проиграл. Свою книгу о тех же событиях он назвал «Жил-был в Кабуле книготорговец», но широкого признания она не снискала.

Что едят в АФГАНИСТАНЕ Разнообразие блюд в Афганистане, как во многих арабских и ближневосточных странах, увы, скудное. Стандартный набор — кебабы и плов. Кебабов — огромное разнообразие: и на косточке, и молотый, и разного мяса. Самый распространённый вариант — небольшие шпажки с несколькими кусочками мяса и думбы (бараньего курдюка (сала)). Чаще всего из баранины или курицы — вкусно было везде, где бы мы не пробовали. С молотым шашлыком бывают огрехи, а вот моего любимого шашлыка из печени (джигар), который я тоннами поглощаю в Узбекистане, в Афгане вообще нет. Даже в приграничном с Узбекистаном Мазари-Шарифе, где огромный процент населения — узбеки. Плов — почти без специй из оооочень длинного риса. И как бы меня не убеждали местные, ни в какое сравнение с узбекским пловом (будь то ташкентский, самаркандский или даже не любимый мной бухарский) он не идёт. Интересное блюдо — рош. Это тушеные на очень медленном огне крупно нарезанные (а то и целые) овощи с также крупно нарезанной бараниной. Это любопытно. Ещё одно открытие афганской кухни — мороженое, которым славится Мазари-Шариф. Исключительно ручной работы, похожее на турецкое дондурму, но нежней и порции раза в 4 больше. Это прям зачёт. Но самое вкусное — манто. Что-то типа мантов, но с невероятным сливочным соусом и кедровыми орешками. Остренькие, а по размеру вдвое меньше всем привычных нам мантов. Это объедение. Открыл их для себя на четвёртый день поездки и дальше ел ежедневно! А вот с овощами в стране проблема — они не вкусные и местные не советовали их есть хотя бы первые пару дней. Во-первых почему-то они не очень подходят неокрепшим европейским желудкам. Во-вторых их моют под проточной водой. Да, воду из-под крана в Афганистане пить категорически не рекомендуется. И из фрешей, которые в Афганистане очень популярны, обязательно вытаскивайте весь лёд, а лучше просите делать без льда вовсе. А ребята на видео пробуют на улице в Балхе какое-то подобие кутаба с зелью и мясом. Правда, такие эксперименты в Афганистане очень часто грозят пищевыми расстройствами. Но кто мы такие, чтобы не рисковать?

КАБУЛ — город мечты Кабул — один из самых живых городов, где я когда-либо бывал. Гигантский, шумный, абсолютно хаотичный, но невероятно живой. В самом его центре гора Тапе Талвизун (приблизительно «холм Телевышки»), на склонах которой раскинулись бесконечные районы трущоб. Жильё тут дешёвое, но жертвовать приходится многим. Отопление — исключительно собственное (например, на кизяке — коровьих «лепёшках), вода — или в колонках, если повезёт, или в привезённых с равнины баклашках. Свет — это есть, как и спутниковое телевидение (тарелки вообще торчат в Афганистане на каждом доме). Дороги — вот с этим проблема. Наверх горы ко многим горам они не подходят и оставшуюся часть пути до дома приходится преодолевать пешком. Да, общественный транспорт в Кабуле конечно же есть, но сюда он тоже не забирается. Так что жить тут без машины крайне проблематично. Зато магазинчики и лавчонки тут в избытке. Как и в любом другом восточном городе, мелкой торговлей занято каждое второе помещение на первых этажах зданий. Часто за прилавком можно разглядеть жилую часть здания. Обычно небольшую просто обставленную комнату. Кварталы многоэтажного жилья в Кабуле тоже есть. И новые ЖК есть. Правда, пока что без закрытых дворов, тотального озеленения и общественных зон, но движение в эту сторону видно. В центре здания в основном 5-10 этажные, улочки узкие и будто бы не сильно рассчитанные на такую загрузку. В Кабуле живёт больше 4 миллионов человек. А учитывая малоэтажную застройку и огромное количество личного транспорта, любая поездка по городу растягивается на неопределённое время. Пару километров можно ехать и полчаса, и час. Кстати, такси в городе копеечные: поездка через полгорода обойдётся в 200 афгани (около 250 рублей). В один из дней мы ездили в консульство, таксист ждал нас около 4 часов и вернул обратно в отель. За весь путь мы отдали 1 000 афгани. Недвижимость в Кабуле недешёвая. Средняя стоимость квартир в новых домах — $ 65 000. В Кабуле принято строить с размахом и жить большими семьями, так что здесь почти нет привычных нам однушек и двушек (только редкие хрущёвки построенные при Советах). Площади квартир — 100-170 квадратных метров. Цена за метр — $400-750, в элитных домах — от $ 1 000. Вполне сопоставимо с Владимиром или Калугой. И недвижимость очень активно растёт в цене. Короче, пора вкладывать деньги в кабульские квартиры, согласны?

АФГАНИСТАН: особенности национальной езды Афганистан — страна с самым удивительным дорожным движением, что я когда-либо встречал. Кто-то скажет хаотичным, но я скажу самоорганизованным. Правила, разметка, регулировщики, водительские права — все эти пережитки западной цивилизации здесь наконец-то отправлены на свалку истории. Светофоры? Есть несколько штук, даже работают, но разве хоть кто-то на них смотрит? Конечно же, нет. Встречная полоса движения — просто ещё одна полоса, по которой можно ехать. Односторонняя дорога — примерно тоже, что со встречкой. Правила работают так: на дороге лезь в любую, щель, в которую помещается твоя машина. Или может поместиться, даже если немного не влезет и ты заденешь соседнюю машину — ничего страшного. Ситуация: владелец небольшой антикварной лавки, друг моего друга, везёт нас в ресторан после шоппинга у него в магазине. На улице типичная для любого времени пробка. Мы живо болтаем и в какой-то момент вкатываемся в неспешно плетущуюся спереди машину. Антиквар даже не предпринял попытки выйти из машины, пострадавший водитель вышел посмотреть на свой бампер лишь спустя пару минут. Наш выкрикнул ему в окно что-то типа «Ничё почти нет». Махнули руками и поехали дальше. Средняя скорость в городе километров 30. Всё из-за пробок и полного отсутствия культуры вождения. На трассе скорость чуть выше — километров 60. Всё из-за той же культуры и повсеместно раздолбанных дорог: какие-то ещё помнят войну, другие просто не видели асфальта никогда. Мы едем по утреннему Кабулу на огромном 8-цилиндровом джипе, ныряя в узкие щелки между машин и пешеходов. Через открытые настежь окна качает старый чёрный рэп. Слушать музыку в Афганистане законодательно запрещено. Но это как это часто бывает при диктатурах, в целом — можно. Если негромко. Или если ты едешь на большом джипе.

Балх — столица Греко-Бактрийского царства в АФГАНИСТАНЕ — В Балх с нами поедет Толик, — говорит мне один из наших сопровождающих. — Толик?, — Искренне удивляюсь я, впервые услышав имя неизвестного мне человека. — Ну да, Анатолий Талибанович, — отвечает он. Единственное военизированное сопровождение нужно нам, потому что мы едем в сельскую местность — таковы местные правила. Анатолий Талибанович оказывается милым мужчиной 40 лет с АК-47 примерно того же возраста. Он не разговорчив, но достаточно любознателен и готов позировать для наших фото каждый раз, когда мы его об этом попросим. Балх на протяжении столетий был столичным городом. Ему повезло быть центром Бактрии, Греко-Бактрийского, Кушанского и Балхского государств, а позже столицей и при династиях Газневидов и Аштарханидов. Сегодня от былого столичного лоска не осталось и следа. Исключение — величественная Зелёная мечеть в центре Балха. Внутрь попасть нельзя. То ли из-за реконструкции, то ли из-за того, что мы не мусульмане. Впрочем, в двери заглянуть не возбраняется: внутри никакого древнего убранства не сохранилось. Вокруг мечети раскинулся парк, где торговцы продают старинные и не очень монеты, какой-то китайский ширпотреб, палочки для жевания, камни и сладости. Здесь же, в окрестностях города стоят развалины старейшего в Афганистане исламского здания. Руины мечети Хаджи Пияда датируются то ли IX, то ли концом VIII века. В 2006 году мечеть наконец-то законсервировали при содействии французских археологов на деньги посольства США. Считается, что купола мечети рухнули ещё тысячу лет назад, а вот колоны сохранились достаточно неплохо. Кое-где на них даже можно разглядеть остатки древней краски. Ещё одна достопримечательность города — огромная крепостная стена. Сначала я поражаюсь её размерам и ширине стен, а потом узнаю, что раньше стену использовали как БКАД — Балхскую кольцевую автодорогу. Караваны верблюдов, проходящих мимо города, пускали по стене, чтобы они не создавали в городе пробок.

🏳️ А что если надеть бурку и пойти гулять в ней по самому консервативному городу АФГАНИСТАНА? Иностранцы, а особенно девушки — предмет безустального внимания со стороны местных в Афганистане. Особенно в городах. Особенно в Мазари-Шарифе. Строгие правила Исламского Эмирата Афганистан диктуют женщинам ходить в длинных платьях, закрывающих полностью руки и ноги, а головы покрывать платком. Наши девчонки, разумеется, так и делали: законы и традиции мы уважаем. Но в Мазари-Шарифе иностранки даже в таком наряде вызывают повышенное внимание. Поэтому бурки. Наденем их и пойдём гулять по предзакатному базару. В толпах скрытых под точно такими же бурками женщин и немного более открыто одетых мужчин. Заходим в один из магазинов, специализирующихся на такой одежде. Напротив продают женское бельё (достаточно откровенное), среди покупателей почему-то одни мужчины. В нашем магазине всё предельно просто: один фасон, несколько размеров, несколько цветов. Хочется чего-то другого — шьём на заказ. Бурки обходятся нам примерно в 2 000 ₽ каждая. Пока ребята общаются с продавцом, я заглядываю под одну из бурок. Мелкая сеточка немного темнит картинку, а мои глаза будто слишком широко посажены для такого наряда: приходится сводить их к центру, чтобы всё разглядеть. По бокам взгляд ограничен и это, вероятно, не очень удобно. Девушки надевают свои костюмы и выходим на рынок. Проходит минута и мы понимаем, что они будто исчезли: никаких взглядов, никаких «Хелло, хав ар ю», их просто не замечают. Создаётся впечатление, что они просто исчезли. Те, кто понимает, что перед ним иностранка — респектуют. В Афганистане ценят, когда уважают местные традиции. Спустя минут 20 уходим с рынка, девушки снимают бурки и остаются в одних платках. Девчонки говорят, что это был интересный опыт, но повторять его за пределами Афганистана не планируют.

Самая красивая мечеть АФГАНИСТАНА В Мазари-Шариф из Кабула мы летели внутренним рейсом Ariana Afghan Airlines. Кстати, достойно: самолёты из-под каких-то индийских авиакомпаний, но сравнительно свежие. Главная достопримечательность города — Голубая мечеть. По некоторым данным, именно здесь погребён четвёртый праведный халиф Али, зять самого Мухаммеда. Внутрь кафиров не пускают, но меня представили как узбека, брата-единоверца, и я без проблем попал внутрь. Интерьеры в лучших традициях узбекских и иранских мечетей. Небесная голубизна и золото, от которого невообразимой красотой отражаются попадающие сквозь небольшие окошки в куполе лучи света. Познакомился с умудрённым возрастом длинноносым узбеком. На смеси узбекского и дари, который мне переводили, дедушка рассказал, что дважды в год бывает в Ташкенте, где у него живут родственники, а на лето всегда уезжает в на Чёрное море: уж очень любит Сочи и не любит жару в Мазаре. Был рад, что даже российские братья-узбеки приезжают посмотреть на Голубую мечеть. Могилиа Али занимает центральную часть в главной зале мечети. По преданию, сподвижники Али после смерти халифа близ Багдада погрузили его тело на верблюда и отправились в сторону современного Афганистана. Спустя несколько недель верблюд упал и умер от усталости. В этом месте и решено было похоронить Али. Место получило название Мазари-Шариф (буквально «могила святого»), а впоследствии вокруг возник одноимённый город. Мазари-Шариф город консервативный и, как поговаривают, очень оппозиционный. Во дворе мечети встретили несколько хорошо говорящих по-русски людей: бизнесменов, студентов московских вузов, узбеков, живущих на две страны (имею в виду Узбекистан). Как только я останавливался на месте, вокруг сразу же возникала сначала толпа детей, а потом и взрослых, которые просили сфотографироваться, да и просто поболтать: иностранцы тут редкость. Уже на выходе какой-то талиб отобрал у мужика телефон за cъёмку нашей компании. В перепалке проходящий мимо мальчишка выхватил у талиба из рук трубку и отдал обратно мужику. Присоединившиеся к мужчине прохожие свистом и гомоном отбили мужика у талиба с автоматом. Запрет на съёмку иностранцев не сработал.

Как мы в Афганистане ЖЕНЩИН БЕЗ ХИДЖАБОВ КУПАЛИ Из Бамиана до Банди-Амира полтора часа по извилистой взбирающейся в гору дороге. Высота тут 3 000 метров над уровнем моря. Если бы не вездесущая афганская пыль — дышалось бы невероятно легко. Но если остановиться, отойти от дороги на десяток метров, то так и дышится. Банди-Амир — цепочка из 6 бирюзовых озёр и одноимённый национальный парк. Между прочим, первый в Афганистане! С высокого берега первого озера наблюдаю за какой-то парочкой, бодро крутящей педали катамарана где-то далеко внизу. К нам также бодро бегут Фатима и Зейнаб. Они живут в соседней деревне, а сюда приходят в поисках пластиковых бутылок. Если повезёт, встретят туристов и получат немного сладостей и денег. Если нет — за 7 килограммов бутылок выручат 1 доллар. Мы спускаемся к другим озёрам, чтобы сделать несколько фото и искупаться. Вдоль озёр проложены удобные дорожки, вдали виднеются беседки. Летом тут наверняка собираются на пикники, но в сентябре в парке пустынно. Идём всё дальше и дальше, пока наконец не доходим до небольшого выступа-смотровой. Лучи солнца играют с водой, а мы с Фаридом (нашим гидом) снимаем верхнюю одежду и ныряем в обжигающе холодные воды Банди-Амира. С нами вместе два Александра и Ульяна. Невиданное дело: девушка купается в озере в Афганистане. Да ещё и не в парандже! Ждём пока со смотровой площадки уйдут местные (один из них потом разыщет нас и будет ещё несколько дней написывать каждому из нас в соцсетях) и Ульяна ныряет. Солнце прячется за горизонт, Ульяна грациозно проплывает несколько раз туда и обратно ради эффектного кадра. Обратно к автобусу мы практически бежим. Нет, не боимся порицания. Просто с закатом солнца температура тут падает критически.