Почему в кризис акции иногда безопаснее депозитов

Войти

безопаснее депозитов Когда рынок начинает падать, большинство инвесторов делает одно и то же: продает акции и перекладывает деньги на депозит. Логика кажется безупречной — акции падают, а вклад приносит гарантированные проценты. Но история российского рынка уже не раз показывала, что в периоды высокой инфляции именно депозит может стать самым опасным способом хранения капитала. Вспомним 1998 год. После августовского дефолта рубль рухнул, фондовый рынок обвалился, а акции «Лукойла» за несколько месяцев потеряли большую часть своей стоимости. Многие тогда решили, что покупать акции может только сумасшедший. Однако настоящий удар по сбережениям пришел совсем с другой стороны. В сентябре 1998 года инфляция составила почти 38% всего за один месяц. По итогам года цены выросли на 84,4%, а в 1999 году — еще на 36,6%. При этом средняя ставка по банковским депозитам была около 17% в 1998 году и около 14% в 1999-м. Проценты начислялись исправно, только цены росли в несколько раз быстрее. В результате за два года вкладчик потерял почти половину своей покупательной способности. Денег на счете стало больше, а купить на них — значительно меньше. Самое интересное, что большинство людей до сих пор считает депозит абсолютно безопасным инструментом. Но безопасным относительно чего? Количество рублей на счете действительно растет, вот только в магазине никто не спрашивает, сколько процентов вам начислил банк. Инфляции на это совершенно безразлично. А что происходило с акциями? Уже к концу 1999 года «Лукойл» вырос в несколько раз от кризисных минимумов. Именно поэтому опытные инвесторы смотрят на кризисы совсем иначе. Пока одни в панике избавляются от акций, другие покупают доли в сильных компаниях с огромным дисконтом. Ведь дешевеют не нефтяные месторождения, заводы или магазины. Дешевеют доли в этих бизнесах. Эта история повторялась в России уже не раз. После кризиса 2008 года, валютного шока 2014 года и событий 2022 года каждый раз звучала одна и та же фраза: «Сейчас точно не время покупать акции». И каждый раз спустя несколько лет оказывалось, что именно тогда рынок давал лучшие возможности для долгосрочных инвесторов. Конечно, акции остаются рискованным инструментом. Они могут упасть еще сильнее, и никто не знает, где именно окажется дно. Но во времена высокой инфляции риск есть не только у акций. Деньги тоже дешевеют, просто их падение происходит не в брокерском приложении, а на ценниках в магазинах. Поэтому во время кризиса я всегда задаю себе один вопрос: что через несколько лет окажется ценнее — деньги, покупательная способность которых снижается с каждым месяцем, или доля в хорошем бизнесе, который продолжает работать, повышает цены вслед за инфляцией и зарабатывает для своих акционеров? Ответ на этот вопрос каждый инвестор дает себе сам.

Рубль ослаб примерно на 20%. Кто от этого выигрывает? За лето доллар вырос примерно с 71,5 до 86 рублей, а 2 сентября $CNYRUB впервые с февраля прошлого года поднимался выше 13. Но покупать валюту после уже состоявшегося движения мне сейчас менее интересно, чем посмотреть на последствия для других активов. Первый пример — $SU26248RMFS3 ОФЗ 26248 погашается только в 2040 году и чувствительна к изменению процентных ставок. Если инфляция продолжит снижаться, а ЦБ будет последовательно смягчать политику, длинный фикс может получить дополнительную переоценку. Слабый рубль этому сценарию немного мешает. Чем дороже импорт, оборудование и комплектующие, тем выше риск дополнительного давления на инфляцию. А значит, ЦБ может снижать ставку осторожнее. На другой стороне находится SU29031RMFS0 Это флоатер, который Минфин 2 сентября разместил сразу на 1 трлн рублей. Получается два сценария: $SU26248RMFS3 — ставка на более быстрое снижение процентных ставок. $SU29031RMFS0 — вариант на случай, если высокая ставка задержится. А слабый рубль потенциально играет на стороне экспортеров. Для $PLZL это особенно наглядно: золото оценивается на мировом рынке, а значительная часть расходов компании рублевая. При прочих равных более слабый рубль помогает рублевой экономике бизнеса. Похожая логика работает и для $PHOR, хотя в случае ФосАгро нужно учитывать еще цены на удобрения, объемы продаж и капитальные расходы. А что выбрали бы вы сейчас? $SU26248RMFS3 — длинный фикс $SU29031RMFS0 — флоатер $PLZL / $PHOR — экспортеры $CNYRUB — валютная позиция #рубль #офз #облигации #инфляция

В пятницу ЦБ примет решение по ставке. И, кажется, рынок слишком уверен в своей правоте. Большинство аналитиков ожидает сохранения ключевой ставки на уровне 14,25%. Причины понятны: июньская инфляция оказалась выше ожиданий, бензин подорожал, бюджет остаётся стимулирующим, а сам ЦБ месяц назад дал понять, что торопиться со снижением не собирается. Аргументы сильные. Но есть один нюанс: рынок уже заложил этот негатив с большим запасом. Доходность десятилетних ОФЗ поднялась выше 16%, а отдельные длинные выпуски торгуются ещё выше. Фактически инвесторы требуют почти два процентных пункта премии к текущей ключевой ставке, чтобы дать государству деньги на десять лет. Это уже не просто ожидание высокой ставки. Это ожидание того, что она останется высокой очень долго, инфляция будет упорно держаться, бюджет продолжит давить на цены, а Минфин — регулярно проверять рынок на прочность новыми размещениями. Именно поэтому мне кажется, что пессимизм стал чрезмерным. Не потому, что инфляция исчезла. Не потому, что экономика чувствует себя прекрасно. И уж точно не потому, что Банк России должен спасать инвесторов, купивших длинные ОФЗ. Причина в другом: денежно-кредитная политика работает с задержкой. Высокая ставка уже больше года охлаждает экономику. Компании откладывают инвестиции, стоимость кредитования остаётся высокой, ипотека далека от прежних объёмов, а государство занимает деньги под доходности, которые ещё недавно казались аномальными. Тормоз давно нажат. Вопрос лишь в том, насколько сильно его влияние проявится в ближайшие месяцы. Поэтому у Банка России сейчас довольно понятная развилка. Сохранить ставку на уровне 14,25% будет легко объяснить последними данными по инфляции. Это безопасное и ожидаемое решение. Но если регулятор считает, что эффект уже принятых мер ещё только продолжает распространяться по экономике, то снижение на 0,25 процентного пункта тоже выглядит логично. Важно понимать: ставка 14% — это не дешёвые деньги и не начало кредитного праздника. Реальная ставка останется высокой, депозиты сохранят привлекательность, кредитование не станет доступным, а экономика не перейдёт от торможения к разгону за одно заседание. Разница между 14,25% и 14% — это не смена курса. Это сигнал о том, что цикл снижения продолжается, пусть медленно и с постоянными оговорками. Поэтому мой базовый сценарий — снижение ставки на 0,25 процентного пункта. Не потому, что рынок этого ждёт, а скорее наоборот. Мне кажется, после последних данных рынок практически перестал рассматривать такой вариант и слишком уверенно поставил на паузу. А рынок, как показывает практика, чаще всего наказывает не за ошибку, а за чрезмерную уверенность в том, что ошибки быть не может. Если ЦБ всё же сохранит ставку, трагедии не произойдёт. Для долгосрочного инвестора важнее не решение одного заседания, а траектория ставки на горизонте года. И главный вопрос сейчас звучит уже не как «14% или 14,25%». Главный вопрос другой: через год доходность длинных ОФЗ выше 16% будет выглядеть подарком рынка или очередной ловушкой, в которую все вошли слишком рано?

🤷‍♂️ Почему во время кризиса акции могут оказаться