Почти два месяца Минфин практически не выходил на рынок ОФЗ. А затем вернулся сразу с крупным предло

Войти

. А затем вернулся сразу с крупным предложением: флоатер почти на 1 трлн ₽ и новые выпуски с фиксированным купоном. Для меня здесь интересен не сам объем размещения. Гораздо важнее то, какую новую планку доходности государство устанавливает для всего рынка облигаций. 📈 Почему инвесторы выбрали флоатер? 2 сентября спрос на ОФЗ с переменным купоном составил около 1,42 трлн ₽. Разместить удалось почти 939 млрд ₽. А вот с классическими ОФЗ ситуация оказалась заметно скромнее. 9 сентября Минфин разместил 86,7 млрд ₽, причем доходность пятилетнего выпуска составила 15,45%, тринадцатилетнего — 15,97%. Еще через неделю семилетние бумаги разместили уже под 16,3%. На мой взгляд, рынок сейчас говорит довольно четко: инвесторы готовы покупать высокий доход, но пока не хотят слишком надолго фиксировать текущие ставки. Именно поэтому флоатеры выглядят логично. Их купон привязан к денежному рынку: если снижение ставок окажется медленным, доходность такой бумаги продолжит оставаться высокой. 🏦 А теперь самое интересное — корпоративные облигации Прямой войны за деньги между Минфином и компаниями пока нет. ОФЗ в основном рассчитаны на средние и длинные сроки, тогда как корпоративный рынок гораздо сильнее представлен короткими выпусками. Но косвенное давление уже возникает. Представьте себя инвестором: государство предлагает 14–16%+ практически без кредитного риска. Почему после этого вы должны покупать корпоративную облигацию с сопоставимой доходностью? Именно поэтому корпорациям приходится добавлять премию за риск. Для качественных заемщиков спред к ОФЗ сейчас оценивается примерно в 45–50 б.п., тогда как раньше разница нередко доходила до 50–100 б.п. При этом новые корпоративные размещения уже проходят примерно в диапазоне 17–19% годовых. ⚠️ Здесь я вижу главный риск Если высокая ставка сохранится еще на год-полтора, Минфин может изменить структуру заимствований и активнее выходить в более короткий сегмент. Тогда ситуация станет интереснее: ОФЗ начнут конкурировать с корпоративными облигациями уже напрямую. А это означает более дорогие деньги для бизнеса. Компании со слабым балансом окажутся в особенно сложном положении: им придется либо платить инвесторам все большую премию, либо сокращать объем новых заимствований. 🎯 Что бы я делал? Я бы сейчас не пытался угадать точную дату разворота ставки. Гораздо разумнее, на мой взгляд, покупать облигации частями и использовать скачки доходностей, которые возникают после крупных размещений Минфина. Особенно интересным выглядит средний участок кривой — примерно 3–7 лет. Здесь уже можно получить повышенный купон, но при снижении ставок остается пространство и для роста цены самой облигации. Длинные бумаги пока требуют большей осторожности: доходности около 16% и выше показывают, что рынок все еще закладывает значительную неопределенность относительно будущей ставки. Думаю, что возвращение Минфина — это только начало нового этапа для долгового рынка. Государство фактически стало ориентиром, по которому инвесторы теперь будут оценивать любой корпоративный риск. Поэтому в ближайшие месяцы я бы ждал не просто высокой доходности облигаций, а более жесткого отбора эмитентов. Для хорошей компании премия к ОФЗ должна быть оправдана риском. Для слабой — одной высокой ставки уже может оказаться недостаточно. Именно поэтому сейчас я бы смотрел не на вопрос «где дают 18%?», а на гораздо более важный: «Сколько мне должны заплатить за тот риск, который я на себя беру?»

Многие предприниматели до сих пор мыслят о банковском комплаенсе примерно так: открыл счёт, прошёл проверку, несколько месяцев спокойно поработал — и банк постепенно перестал интересоваться вашей деятельностью. **Эта модель стремительно уходит в прошлое.** Современный банк оценивает уже не отдельный перевод, а **поведение клиента целиком**. Сколько обычно приходят деньги? Кому вы платите? Из каких стран? Как меняется структура оборотов? Кто ваши контрагенты? Как связаны между собой компании? Не появился ли внезапно новый маршрут движения денег? Причём теперь огромный массив этой информации способен анализироваться автоматически. И здесь возникает парадокс: технологии позволяют банкам быстрее находить подозрительные операции, но одновременно увеличивают количество ситуаций, когда нормальному клиенту приходится объяснять абсолютно законную транзакцию. Особенно быстро меняется отношение к международным операциям и криптовалютам. FATF в 2026 году отдельно усиливает внимание к стейблкоинам, некастодиальным кошелькам и трансграничным операциям. Организация прямо указывает на растущие риски их использования в незаконных финансовых схемах. А искусственный интеллект работает сразу по обе стороны баррикад. Банки используют его для анализа больших массивов данных, а злоумышленники — для создания дипфейков, синтетических личностей и новых схем мошенничества. Поэтому автоматизация комплаенса будет только усиливаться. Показательный пример — санкционный контроль. В феврале 2026 года американский OFAC взыскал с IMG Academy $1,72 млн за операции с двумя лицами, находившимися под санкциями. Причём речь шла не о банке, а об образовательной организации. **Банк оценивает не только вас, но и финансовую среду вокруг вас.** Поэтому если вы работаете с зарубежным счётом, я бы относился к комплаенсу как к отдельному бизнес-процессу. Неожиданный платёж на крупную сумму? Заранее подготовьте объяснение. Новый контрагент из непривычной юрисдикции? Имейте документы, подтверждающие экономический смысл операции. Платёж за товар или услугу? В назначении должно быть понятно, **что именно оплачивается и на основании какого документа**. Банк задал вопрос? Не игнорируйте его и не отправляйте документы хаотичной пачкой. Лучше сразу дать понятную цепочку: договор → счёт → поставка → платёж → конечный результат. И я бы пошёл ещё дальше. **В ближайшие годы финансовая репутация компании станет таким же активом, как деньги на счёте.** Компаниям придётся самостоятельно формировать собственный риск-профиль: контролировать контрагентов, источники средств, международные связи и публичную информацию о бизнесе. Комплаенс перестаёт быть неприятной формальностью банка. **Он превращается в часть финансовой инфраструктуры самого бизнеса.**

DATA показала очень сильные результаты за первое полугодие 2026 года. Выручка выросла сразу на **86% — до 2,5 млрд ₽**. Это один из самых высоких темпов роста среди российских публичных IT-компаний. И что особенно интересно — компания при этом не просто наращивает продажи, но постепенно сокращает убытки. Скорректированная OIBDA составила **–409 млн ₽** против значительно большего убытка годом ранее. OIBDAC — **–453 млн ₽**, то есть отрицательный результат сократился примерно в **3,2 раза**. Чистый убыток тоже заметно уменьшился: **347 млн ₽ против 920 млн ₽** годом ранее. Для компании, которая находится в фазе активного роста, это хороший сигнал. Но здесь важно понимать специфику бизнеса. **У Аренадаты очень выраженная сезонность.** Основная часть выручки традиционно приходится на IV квартал, тогда как расходы распределяются значительно более равномерно в течение года. Поэтому смотреть на отрицательную OIBDA первого полугодия как на проблему само по себе я бы не стал. Гораздо важнее динамика: **выручка растет почти вдвое, а убытки сокращаются.** Основные драйверы — высокий спрос на лицензии СУБД и расширение технической поддержки за счет новых клиентов. Причем компания продолжает достаточно жестко контролировать расходы. Она сдерживала расширение команды и умеренно инвестировала в развитие продуктов. Еще один момент, который мне нравится, — консервативный подход к затратам на разработку. За полугодие компания капитализировала всего **44 млн ₽** расходов на разработку, то есть большую часть таких затрат признает расходами текущего периода. Это снижает риск ситуации, когда отчетная прибыль искусственно поддерживается за счет переноса расходов на будущие периоды. **А вот баланс у Аренадаты действительно очень крепкий.** На конец июня компания имела чистую денежную позицию около **1,6 млрд ₽**. То есть долга фактически нет — наоборот, денег на счетах больше, чем долговых обязательств. Показатель Net debt / OIBDA составляет около **–0,4х**. Это серьезное преимущество для IT-компании в условиях высокой ставки: Аренадате не приходится тратить значительную часть денежных средств на обслуживание большого долга. Более того, рост бизнеса в первом полугодии финансировался собственными средствами. Но у этой истории есть и несколько важных рисков. **Главный — высокая зависимость от второго полугодия.** Компания снизила официальный ориентир: теперь ожидает рост выручки в 2026 году **не менее чем на 20%**, тогда как ранее диапазон составлял 20–40%. Причина понятна — высокая ключевая ставка и сохраняющаяся макроэкономическая неопределенность, из-за которых заказчики осторожнее относятся к расходам на IT. Есть и еще один риск, который мне кажется важным. **Более половины выручки приходится всего на трех крупных заказчиков**. Такая концентрация может стать проблемой, если крупные клиенты начнут переносить проекты или сокращать IT-бюджеты. Кроме того, стоит следить за себестоимостью: она растет заметно быстрее выручки, а в ней увеличилась доля расходов на субподряд. Пока это не перечеркивает позитивную динамику, но потенциально может давить на будущую маржинальность. И наконец, остается налоговый риск для всего российского IT-сектора — возможное изменение льгот и введение НДС. Мне нравится эта отчетность именно сочетанием трех факторов. **Выручка +86% → убыток сокращается → чистая денежная позиция 1,6 млрд ₽.** Но я бы пока не называл Аренадату состоявшейся прибыльной компанией. Если традиционно сильный конец года подтвердит высокие темпы роста и компания сможет приблизиться к устойчивой положительной OIBDA, инвестиционная история станет значительно интереснее. Если же высокая ставка заставит клиентов продолжить откладывать проекты, а рост себестоимости ускорится, текущие высокие ожидания рынка могут оказаться слишком оптимистичными.

Медь действительно переживает необычный период. В 2025 году она подорожала более чем на 40%, а с начала 2026-го к 23 сентября прибавила ещё около 18%. 22 сентября цена на COMEX впервые поднялась выше $6,90 за фунт, а на LME к 23 сентября достигала примерно $14 655 за тонну. Но самое интересное здесь не рекордная цена. **Главный вопрос — что будет с медью дальше?** На мой взгляд, у этого металла появился очень сильный долгосрочный фундаментальный аргумент. Медь буквально встроена в будущее экономики. Электросети, электромобили, строительство, промышленное оборудование — всё это требует огромного количества металла. А теперь добавился ещё один гигантский потребитель — **искусственный интеллект**. Дата-центру недостаточно просто поставить тысячи серверов. Ему нужны электричество, трансформаторы, кабели, новые линии электропередачи и инфраструктура вокруг самого объекта. И вот здесь возникает проблема: **спрос можно разогнать гораздо быстрее, чем предложение.** Новый крупный рудник нельзя построить за несколько месяцев. Поэтому рынок уже сегодня закладывает в цену дефицит, который может проявиться через несколько лет. По оценке МЭА, при текущем наборе заявленных проектов к 2035 году может оставаться непокрытым около **25% потребности в меди**. Но есть важный нюанс. Сегодняшний рост котировок связан не только с фундаментальным дефицитом. В США на фоне ожиданий новых пошлин резко увеличивались запасы, а значительная часть биржевого металла оказалась сконцентрирована на американских складах. Плюс китайские предприятия увеличивали закупки перед национальными праздниками. Поэтому часть нынешнего движения вполне может оказаться временной. И здесь я бы провёл принципиальную границу между медью и золотом. **Золото покупают не только потому, что оно нужно промышленности. Его покупают как средство сохранения капитала, резервный актив и защиту от экономических потрясений.** Медь устроена совершенно иначе. Если мировая экономика ускоряется — ей требуется больше меди. Если начинается серьёзный промышленный спад — спрос способен резко сократиться. Поэтому медь — это скорее **ставка на развитие экономики и электрификацию**, чем финансовая страховка. И это важно понимать частному инвестору. Физическая медь неудобна для хранения. Фьючерсы требуют обеспечения и способны принести дополнительные требования к капиталу при неблагоприятном движении цены. Акции горнодобывающих компаний — вообще отдельная история: на них влияют долги, себестоимость добычи, налоги, управление и множество других факторов. Поэтому я бы не превращал медь в аналог финансовой подушки. Более того, история серебра показывает, насколько опасно покупать сырьевой актив только потому, что он недавно установил рекорд. Серебро в январе 2026 года поднималось примерно до $121,6 за унцию, а к сентябрю торговалось уже около $65,7. **Почти половина стоимости могла исчезнуть за несколько месяцев.** Мой вывод простой: **медь действительно может стать одним из главных металлов следующего десятилетия. Но «новое золото» — это красивый заголовок, а не инвестиционная стратегия.** Я бы смотрел на медь как на инструмент для заработка на глобальной электрификации, энергетике и развитии ИИ. А вот задачу сохранения капитала по-прежнему разделял бы с золотом. И самое интересное — если дефицит меди действительно станет системным, **следующие годы могут оказаться для этого металла гораздо важнее, чем нынешние рекорды.**